Дыши

Уже предвкушая победу, я свернул за ней, но тут же получил шлепок прямо в лоб.

– Какого?! – по лицу скатилось несколько мокрых кусков того, что эта сумасшедшая в меня бросила. Я протер лицо, стряхнув с руки ошметки помидора, а она уже замахнулась следующим. – Стоять! – я вскинул руку и отбил овощ. – Прекрати кидать в меня овощи, мать твою! – проорал я, на что Эш лишь усмехнулась и запустила еще один. Он тут же разбился о мой локоть, разлетаясь прямо на джинсы. Я медленно поднял на нее глаза. – Тебе конец!

– Отвали или следующей будет тыква! – она дернулась, когда я уже собрался рвануть к ней.

– Ты только усугубляешь свое положение. – я двинулся вперед, Эшли же как и обещала схватила небольшую тыкву и прищурилась. – Кому-то не терпится еще и заняться стиркой ко всему прочему? – девушка зарычала и швырнула ее в меня. Я тут же поймал овощ и победоносно улыбнулся. – Я играю в футбол, малыш. Не забыла? – крутанув тыкву на одном пальце, я положил ее на место.

– Что вы здесь устроили?! – девушка рванула к выходу, пользуясь моей секундной заминкой.

– Черт! – я достал банкноту из заднего кармана и пихнул ее женщине, пока несся мимо.

– Никаких манер! Бессовестные! – продолжала кричать она, когда мы уже выбежали на улицу. Но Эш и не собиралась останавливаться, она перебежала через дорогу и направилась к входу в торговый центр. Этого еще не хватало.

– Эшли! Что за детский сад?! – что я там говорил про зрелость, касательно этой особы?

Глава 7

На меня смотрели словно на гребаного извращенца, пока я несся за девчонкой сквозь толпу на входе в торговый комплекс.

Может, моим друзьям и было бы плевать на взгляды и мнение окружающих, но давайте посмотрим правде в глаза. Мой отец Хантер Пирс, звезда Американского футбола на протяжении почти десяти лет. Любой мальчишка, да и не только, удавился бы за одну закорючку от него на своей футболке. Мои дни состояли из тренировок, которые словно составлял сам Сатана. И это все ради одной цели. Я знаю, что делать со своей жизнью. Всегда знал. Любовь к футболу впиталась еще с молоком матери. И вот, сейчас я выставляю себя полным придурком. Отец бы посмеялся на славу, а потом, прогнал бы меня по стадиону с привязанной к плечам шиной от фуры. Раз так двадцать.

Хотя, кому я собираюсь врать? Я сам это для себя устрою. Путь к вершине лежит только лишь через сопротивление.

Каждый шаг по отполированной плитке сейчас возводил мой гнев на новый уровень.