Всегда

Кровь уже свернулась, приклеив к себе хлопковый материал. Сжав зубы, я сильнее потянула рубашку вниз, удерживая ее за ворот. Две кривые полосы начинались на предплечье и заканчивались у локтя. Зашипев и наконец отдернув от себя ткань, я кинула ее на пол. Раны снова заблестели, а некоторые места вновь стали кровоточить. Я открыла шкафчик, что находился за зеркалом и достала оттуда ватные диски и обеззараживающее средство. Мне приходится это делать не впервой, в четвертый раз, если быть точной. Эти раны были шире и длиннее остальных, которые сейчас выглядели как бледные полосы, пересекающие друг друга и заняв собою всю поверхность кожи рук.

Их было порядком десяти штук на каждой руке, но они так «удачно» расположились, что я могла забыть о одежде с коротким рукавом. Носить футболки и майки я себе позволяла только в комнате, Кейти уже давно не акцентировала на них внимание. Когда я получила свое первое наказание в восемнадцать лет, что произошло немного более, чем год назад, ее глаза так и блуждали по шрамам. Однажды она даже не смогла сдержать слез и мотала головой, пока я прижимала ее к себе и успокаивала как ребенка.

Наверное, я сама была виновата в том, как выглядела. Совсем немногие на нашем курсе «удостоились чести» испробовать на себе Рукопожатие.

Просто смотри в пол, если от тебя не попросят обратного, и со всем соглашайся.

Мне вспомнились слова подруги в первый раз, когда я отправилась в кабинет директора. Потом же это повторилось еще раз… и еще. Второй был самым страшным, потому что я уже знала, чего ожидать.

Конечно, во мне теплилась надежда, что наказание будет мягче, как случалось в остальных случаях. Либо это было лишение обедов в общей столовой, либо уборка территории, еще домашний арест, если его можно так назвать. Я не знаю, от чего зависел выбор наказания, складывалось впечатление, что от настроения директора Уорингтона Второго или миссис Питерсон.

Мои голубые глаза поблекли, взирая на отражение. Приклеив несколько пластырей на рану и приняв душ, я собрала волосы в высокий хвост и переоделась в удобные клетчатые шорты и голубую легкую толстовку с капюшоном.

Кейти сидела за длинным столом, что находился возле окна и между нашими кроватями. Мы его делили с ней напополам, как и все остальные в этом общежитии. Расстановка мебели была идентичной в каждой из комнат.

– Душ свободен. – прочистив горло, сказала я, чувствуя сейчас себя уже гораздо лучше. Кейти отложила книгу, которую до этого держала в руках и развернулась ко мне.