Разрушенный

И возглавляет его – слабость. На дух не переношу жалких и убогих. Именно такой она сейчас и была. На хер. Усмехнувшись, я развернулся и подойдя к харлею, сел на него. Глаза сами снова вернулись к хрупкому тельцу девушки, что в данный момент оббегала машину, и, распахнув пассажирскую дверь трясущимися ручками, села внутрь.

Ее взгляд то и дело останавливался на моем лице. Лицо ее мужа аж перекосило. Ярость. Она как раз занимала первое место в рейтинге того, что я люблю.

Я медленно достал сигарету из пачки, и, прикурив обычной зажигалкой, вдохнул горький дым.

Развалюха, что в их понимании именовалась машиной, жалобно взвизгнула, и дернувшись отъехала.

Люблю ломать людей, вытаскивать из них пороки, которые глубоко укоренились в душе. С этой, судя по всему, будет просто. А этого я как раз не любил. Трахнуть и выкинуть. Просто для того, чтобы потешить свое самолюбие? Почему бы и нет.

Когда задние габариты тачки скрылись за поворотом, я выкинул сигарету и нажал на газ.

Бар, в котором я назначил встречу, был больше похож на забегаловку. Но, мне здесь нравилось. Несколько круглых сцен для стриптиза, на которых постоянно находилось по одной девушке. Все потасканные, конечно. Лица такие, будто по ним прошелся каток. Да и хер с ним. Это самое лучшее место для того, чтобы не засветиться.

Было два места, где я мог хоть немного расслабиться. Затхлый стриптиз-бар и еще одно. Раз в неделю на окраине города кучка придурков проводила своего рода гонки.

Я прошел к одному из столиков, который находился у самой сцены и уселся рядом с парнем, что уже ожидал меня.

– Какие новости?

– Еще несколько Доменов объявили на тебя охоту. И заявили это в открытую, Майкл. Ты теряешь свой авторитет. – Проговорил Рид, не отводя взгляда от блондинки на сцене. Ее можно было редко здесь увидеть, по сравнению с остальными она была немного выше классом. Твердая семерка из десяти.

– Кто? – Я облокотился на спинку, немного съехав ниже. Расслабляя тело. Девушка улыбнулась взглянув на меня и подойдя к краю, опустилась на колени. Стала покачиваться из стороны в сторону, гладя себя по животу и груди.

– Маркус, Гаррет и…Эйден. – Я обернулся на него, когда услышал последнее имя.

– Эйден? Это очень интересно.

– Ты сдохнуть хочешь? Я все никак не пойму. – Рид, наконец, повернулся, и, прищурившись, уставился на меня.