Все сложно

То, что публике показывают ее личную жизнь, привлекает к ней еще больше зрителей.

– Мои любовные приключения… Честно говоря, их не существует, – признаюсь я.

Коротко усмехнувшись, Кара заглаживает неловкость:

– Ой, поверьте, я догадываюсь. Вы, безусловно, привлекательны, просто я понимаю, что начинающим комикам не до этого. – Она дружелюбно улыбается и, шумно выдохнув, продолжает: – Может, вы согласитесь хотя бы сфотографироваться с каким-нибудь медийным красавчиком? Дать почву для сплетен?

– О господи! Так значит, знаменитости и правда так делают? Имитируют романтические отношения, чтобы привлечь внимание…

Кара смотрит на меня, вздернув бровь.

Упс! Кажется, ей не понравилось неодобрение, которое она уловила в моем тоне.

– Делают. Люди, как правило, готовы на многое, если хотят достичь поставленной цели.

В точку.

Мы с Майером, стоя в разных концах зала, пересекаемся взглядами, и я мысленно возвращаюсь на два месяца назад, когда мы разбирали материал для номера, с которым я выступаю сейчас.

Мы тогда засиделись до глубокой ночи. Он помог мне с шуткой про «Тиндер» и про то, что стендаперы не ходят на свидания.

– Ну а если серьезно? Почему так? Как ты думаешь, Майер? Почему мужчины всегда испаряются, когда узнают, что я занимаюсь стендапом? – спросила я.

Хейзл тихо посапывала, положив голову мне на колени.

– Не знаю. Наверное, я скажу банальность, но возможно, мужчины, особенно если они сами претендуют на чувство юмора, побаиваются женщин, их перещеголявших.

Может быть, не хотят стать материалом для номера.

– Ну надо же, как интересно! Женщины, когда имеют дело с мужчинами, боятся угнетения, побоев, изнасилования, убийства, а мужчины боятся, что у женщины лучше чувство юмора. Действительно. Вдруг какая-нибудь девчонка подкараулит тебя в темном переулке и заставит хохотать до вывиха живота!

– Можешь включить это в свое выступление. Получится неплохая концовка.

На лице Майера зажглась мегаваттная улыбка, от которой морщинки возле глаз стали глубже.

И скобочки около рта. Я их раньше не замечала. Он усмехнулся.

– О боже! – ахнула я, не успев себя сдержать.

Майер перестал улыбаться, но взгляда не отвел. Зубы сжались, на щеке дрогнул мускул.

– Если кому-то кажется, что твое чувство юмора или твоя карьера мешает вашим отношениям, значит, он жалкий тип и тебя недостоин, Фи.

Голос Кары заставляет меня вернуться в настоящее.

– Так вы сказали, у вас есть какая-то идея? – спрашиваю я.