Путь чернокнижника

Баба Дуня хороший факел сделала, смолистый, ароматный, яркий. У нас фонарик тоже был, но треск и запах огня лучше волков отгоняют. Еще нам путь луна освещала. Ну а найти приметы козы – совсем простое дело, – Ксаверий вновь засмеялся. – Кустики обглоданные, трава, копытцами примятая, и еще следы определенные, биологические, их уж ни с чем не спутаешь.

– А сколько людей ты в нашей деревне вылечил! Мужа тети Маши – от ревматизма. Ваське ногу спас. Он из армии хромой вернулся, нога гнила. В госпитале ему сказали, что ампутировать придется.

Но он отказался. Домой вернулся умирать, а ты своими травами ему ногу заживил.

– Да там ничего особенного не было, запущенный случай просто. Не стали деревенским парнем заниматься.

– А ты занялся, и Васька теперь конем скачет, на двух своих ногах. А Оленька, дочка Нины? Оля какие-то кусты нашла и от любопытства стала есть с них ягоды. А потом чуть не умерла. Ты ребенка с того света вытащил.

– Это белена была. Сложное, конечно, отравление, но решаемое. Родители ко мне вовремя обратились.

– И откуда ты все знаешь, Ксавушка? – Лариса с восторгом смотрела на жениха.

– Отец научил.

– А он, правда, был колдун? – осторожно спросила Лариса.

Ксаверий стал мрачным.

– Не хочу об этом. Чепуха все это. Глупости.

– Но так все в деревне говорят.

– Слухи, Лара. А если даже и так, то не спасла никакая магия моих папу и маму. Убили их и в озеро сбросили.

– Ксавушка, прости, я не хотела, – Лариса опустила голову.

– Это ты прости меня, малышка, что рассердился.

Все эти воспоминания очень тяжелы мне.

– Хорошо, Ксавушка, больше не буду об этом.

Молодые люди до закрытия парка гуляли по аллеям. Июньское солнце приветливо освещало юных влюбленных, отбрасывая за их спины черные тени.

Глава 3. Расставание

Ксаверий Варфоломеевич Синклер гордился своей новой экипировкой. «Врачи без границ», веселый человечек эмблемы сиял на выданной фирменной куртке молодого медика. Самые знающие, самые отважные, самые преданные своей профессии вступают в эту организацию.

Ксаверий, несмотря на молодой возраст, уже отлично зарекомендовал себя. Юноше прочили карьеру академика.

– Это я успею, академия никуда от меня не уйдет, – сказал Синклер. – Врач должен быть там, где в нем нуждаются.

Лариса пришла в аэропорт, чтобы проводить возлюбленного. Девушка плакала навзрыд.

– Ничего, малышка, я скоро вернусь, – Ксаверий осторожно перебирал тяжелую белокурую косу невесты. – Год пройдет незаметно.