Судьба Хеопса

Меритенса предупреждающе поднял руку.

– Не приближайся ко мне, мой великий царь, – сказал он, – иначе тление смерти коснется тебя.

Фараон остановился.

– Я не Меритенса, – продолжил этот человек, – а лишь его двойник, тот, кого вы называете «ка». Смертное тело господина Меритенсы покоится в его усыпальнице, душа – пирует в раю Озириса, сердце сочтено богами, тень отпущена в просторы мироздания. Предназначение же субстанции «ка» – поддерживать связи с миром живых. Что ты хотел узнать от меня, солнечный царь?

– Кто убил тебя, мой верный казначей? – спросил Хеопс.

 – Кто желает зла мне?

Двойник Меритенсы печально покачал головой.

– Твоих врагов я не знаю, царь, что же касается моего убийцы, то, до поры до времени, я не смею раскрывать его имя. Таково веление богов. Ты молод и горяч и можешь совершить опрометчивые шаги, которые погубят и тебя, и государство. В нужный момент ты все узнаешь, а пока неведение – лучшее спасение для тебя.

– Но я хочу наказать преступника, отнявшего у тебя жизнь!

– Никто не избегнет предначертанного, – проговорил двойник.

 – Верь богам и Судьбе.

– А этот проклятый жрец уже получил свое наказание? – спросил Мелонис.

Двойник Меритенсы вздрогнул.

– Мы победили его, – сказал он. – Хотя, возможно, силы этого трижды проклятого Заземанха еще действуют.

– Заземанх? – удивился Хеопс. – Кто это? Я говорю о Псамметихе. Разве не он пытался меня убить?

– И да, и нет, – сказал Меритенса. – Бедняга Псамметих сам оказался жертвой того мерзкого чародея.

– О ком ты говоришь, Меритенса? – воскликнул Хеопс. – Я никогда не слышал ни о каком чародее! Что он сделал? И как он может навредить мне?

Глава 12

Проклятый жрец

– Это произошло еще задолго до твоего рождения, повелитель, – начал свой рассказ двойник. – В дни нашей ранней молодости. У твоего благословенного дядюшки было пять друзей: танцовщица Анукет, архитектор Аменемхат, врач Псамметих, я и жрец какого-то таинственного бога, Заземанх.

Признаться, все мы, кроме Снофру, не очень любили Заземанха. Этот жрец отличался большим властолюбием, высокомерием, жадностью. Однако, несмотря на все свои пороки, он обладал великими познаниями и очень часто проделывал перед нашими изумленными взорами подлинные чудеса. Снофру был еще моложе тебя, мой царь, когда вступил в брак. И надо же такому случиться, что несчастный Заземанх влюбился в юную супругу фараона.