Повелитель магии

 – Как тут у вас дела?

– Едва убрали все эти зонды и перевели в палату, как заработали почки, – сообщил секретарь.

– Отлично, – кивнул Роберт Шельдман, – именно это я имел в виду.

Шельдман присел возле постели юноши.

– Сим, с твоей сестрой все хорошо. Мы нашли ей няню, скорее даже гувернантку. Очень славная девушка из хорошей семьи. Элла и мадемуазель Жаклин уже подружились.

– Я видел мадемуазель Жаклин, – отозвался Симон.

– Где? – удивился Шельдман. – Ты с ней знаком?

– Нет. Просто видел, в голове.

У нее родинка вот тут, на шее.

– Верно, – засмеялся Шельдман, – этакая симпатичная мушка на горлышке. – Нет, Сим, такие парни, как ты, не пропадают! Ты обязательно выберешься!

Симон чуть приподнял голову.

– Мистер Шельдман, можно мне увидеть сестру? Я очень соскучился по ней.

– Конечно, можно. Я утром приведу к тебе Эллу.

– Еще раз спасибо, сэр.

– Не грусти, все будет хорошо. Продержись тут несколько часиков. Сейчас ночь, девочка спит.

– Да, конечно, мистер Шельдман.

Я не хочу, чтобы Элла страдала. Пусть она навестит меня, как только сможет.

– Малышка сможет, она все время спрашивает о тебе и с нетерпением ждет встречи с тобой.

– Элла замечательная.

– Вы сможете помочь юноше? – с надеждой спросил Ирвинг.

– Думаю, что – да, – отозвался Шельдман.

Роберт Шельдман вышел из палаты. У дверей, под грозным надзором охранников миллиардера, смиренно стоял Бауэр.

– Я сейчас уеду, и до моего возвращения я запрещаю вам применять какое-либо лечение, – сказал Шельдман.

 – Утром я вернусь.

– Но… – попытался возразить Бауэр.

– Мистер Бауэр, – усмехнулся Шельдман, – вы здесь главный врач, должность, безусловно, однообразная и рутинная. Вы, кажется, устали от своих обязанностей?

– Я все понял, сэр, – склонил лысую голову профессор.

Рано утром Шельдман, как и обещал, вновь вошел в элитную клинику. Миллиардер был не один, за руку он вел малышку Эллу. Девочка шла в роскошном платьице; в одной руке она держала свою любимую пеструю собачку, в другой – большую нарядную куклу.

Симон был бледен, но в сознании, он лежал спокойно. Ирвинг заботливо менял лед на воспаленной ране.

– Как прошла ночь? – спросил Шельдман.

– У господина Меровинга бессонница, он так и не уснул, но в остальном всё было спокойно.

Увидев сестру, в глазах юноши вспыхнули живые искры.

– Эллочка, малышка! – радостно прошептал он.

– Ну вот, к вам и гостья, мистер Меровинг, – сказал Ирвинг, – и такая замечательная.