Экстрасенсы

В прошлый раз Патрикий побывал только в лаборатории Ксанфа, теперь же он оказался в самом жилище. Дом алхимика был небольшим, состоящим из двух этажей, окруженный маленьким садом. В подвальных помещениях располагалась лаборатория, на первом этаже находилась кухня и туалетная комната. На втором – спальня, гостиная, кабинет экстрасенса и еще какие-то комнаты, как решил Патрик, вероятно, пустующие. Ксанф проводил юношу в гостиную. Здесь тоже было темно и таинственно. Тяжелый старинный камин делал атмосферу почти зловещей.

Вдоль стен стояли шкафы с книгами.

– У меня есть и, что почитать, и, на что посмотреть, – сказал Ксанф. – Скучно не будет. У меня даже нечто вроде музея имеется. Показать?

– Ну еще бы!

Алхимик привел Патрика в лабораторию. В углу была маленькая каморка с тяжелой старинной дверью. Ксанф взял свечу.

– Так будет интереснее, – заговорщицки прошептал алхимик. – У меня там есть электричество, но при таком свете моя коллекция производит большее впечатление. – Ничему не удивляйся, не забывай, я – черный маг.

Сердце у Патрика, в предчувствии чего-то необыкновенного, приятно затрепетало. Ксанф тяжелым ключом, наверное, знавшим еще мрачные времена средневековья, открыл дверь. Они вошли в небольшое помещение. Ксанф поднял свечу, и Патрик увидел стеллажи, на которых стояли какие-то банки и стеклянные ёмкости. Юноша заметил, что в каждом сосуде содержится некий предмет. Патрик подошел ближе – и чуть не ахнул от ужаса и, в тоже время, темного тайного удовольствия. Перед ним предстал подлинный паноптикум.

В каждой банке, каждом сосуде находилось заспиртованное почти фантастическое существо: утенок с четырьмя лапами, рыба с двумя хвостами, удивительного вида растения и животные. Ветерок, задувавший в открытую дверь, слегка колыхал пламя свечи, отбрасывая на диковинные экспонаты, зловещие тени.

– Ну как, нравится? – тихо спросил Ксанф.

– Да, – сейчас Патрик испытывал смешанные чувства: страх и восторг.

– Вот она, жизнь, в самых причудливых проявлениях, – прошептал алхимик.

 – А здесь жемчужина моей коллекции, я зову ее Идиллия. – Ксанф шагнул в самый угол кладовки, пламя высветило нечто похожее на вертикально стоящий гроб или прозрачный саркофаг. Юноша присмотрелся и замер. В огромной стеклянной емкости была фигура женщины, девушки лет 17, две прелестные юные головки венчали одно тело.

– Я купил ее у одного патологоанатома, между прочим, нашего собрата, – сказал алхимик. – У бедняжки потрясающая генная мутация.