Экстрасенсы

Движимый природным любопытством, Патрикий взялся за ручку, дверь бесшумно открылась, юноша несмело вошел в комнату.

Это было небольшое помещение, почти пустое, только на стене, прямо напротив входа, висели два портрета. На одном была изображена совсем юная девушка, лет 16—17, в струящемся длинном белоснежном платье, ее голову украшал лунный серп, в протянутой руке она держала лотос. Несмотря на внешнюю хрупкость и ранимость, весь облик девушки излучал какую-то неземную силу и энергию. Такой могла быть жрица священной древности.

Патрику стало невольно не по себе. Он перевел взгляд на вторую картину. Она представляла тоже юную девушку, почти девочку, белокурую, нежную, одетую в старинное королевское платье и увенчанную короной. И все же за грозными атрибутами власти этой принцессы или королевы ощущалось одиночество и уязвимость изображенной. Под полотнами стоял столик с вазой с живыми цветами. Заинтригованный Патрикий сделал несколько шагов, чтобы поближе разглядеть удивительные картины. И вдруг зазвучала тихая грустная мелодия. Патрик испуганно остановился. Он хотел сразу же выйти, но в комнату вошел Симон.

– Простите, – пробормотал Патрикий. – Я искал вас, чтобы уточнить одно место в книге и вот как-то нечаянно забрел сюда…

Патрик несмело взглянул в глаза учителю, но Симон не сердился, он ласково смотрел на юношу.

– Вам незачем себя винить, друг мой, – сказал экстрасенс. – Вы должны узнать и эти мои тайны. – Симон подвел Патрика к полотнам. – Здесь изображена моя невеста, – Симон показал на девушку с лотосом в руке.

 – Ее звали Дафна Морган. Дафна являлась абсолютно моим зеркалом, такой же экстрасенс, как я, такие же вкусы, увлечения. Нам было тогда по шестнадцать лет. Совсем юные! Мы готовились вступить в брак, но незадолго до свадьбы Дафну убили.

– Великие боги, как это ужасно! – ахнул Патрикий.

– Да, я с трудом пережил эту потерю, еще одну утрату, – прошептал экстрасенс. – А на этом полотне – моя сестра, Элла, – Симон перевел взгляд на девушку в короне. – Трагедия унесла и ее жизнь…

Симон опустил голову, скрывая слезы.

– Симон, простите, – юноша чуть коснулся могучей руки наставника, – я не хотел беспокоить вас или нарушать покой ушедших душ. Я вам искренне сочувствую, даже не знаю, что сказать.

– Ксанф уже предупредил вас, что несет любовь посвященным. Я и Дафна, мы сами стали жертвам наших чувств. Боги щедры, но ревнивы. Нельзя смешивать земное и небесное. Поэтому мы все так переживаем за Теону, Нефера и даже Хотепа.