Любовь с аукциона

Перевязав рану, Ставрос сложил медикаменты в пакет и снова поймал взгляд Дмитрия.

– Она показалась мне… искренней и честной.

Дмитрий не удивился, услышав восхищение в голосе друга. Ему казалось, он готов к переменам в Жасмин после стольких лет, но реальность превзошла ожидания. С того вечера, когда он нашел ее, нервы сплелись в твердый комок, и ярость не отпускала Дмитрия. Его трясло от мысли, что ожидало Жасмин, если бы он опоздал… За прошедшие годы Дмитрий научился обуздывать себя, но в этот раз бешенство не поддавалось контролю.

– Хочешь сказать, я был другим, когда Янис вытащил меня из трущоб? – спросил Дмитрий с вызовом.

– Да. – В одно слово Ставрос вложил все сомнения, но Дмитрий не собирался вступать в дискуссию. Со временем Ставрос стал значить для него больше, чем крестный отец, но даже ради их дружбы он не готов обсуждать прошлое, бередить старые раны.

– Ты сам не знаешь, что с ней делать, – заявил Ставрос категоричным тоном, так бесившим Леа.

– Боишься, что я лишу ее невинности?

У Дмитрия были все основания считать, что Жасмин может стать ключом к ящику Пандоры, ключом, который он давно выбросил и забыл.

Любой ценой он должен избежать опасности.

– Нет, – ответил Ставрос. – Но совершенно очевидно, что она…

– Всего лишь долг, который я заплатил.

– Какие у тебя планы? – Губы Ставроса дрогнули в холодной усмешке. – Ты не можешь ее отпустить, пока не убедишься, что ей не грозит опасность.

Действительно, что с ней делать? В его жизни для нее нет места.

– Она плевала на опасность, – огрызнулся Дмитрий.

«Почему она не пришла раньше? Как получилось, что Эндрю оставил сестру с таким долгом? Есть только одно объяснение – азартные игры…» Он чуть не задохнулся от злости – Эндрю уже вне досягаемости.

– Бросишь ее на произвол судьбы? – изумился Ставрос. – Значит, ты отказался бы помочь Калисте?

Господи, она же может?.. К Дмитрию вернулся ужас той ночи, когда умерла сестра Ставроса. По правде сказать, никто не знал, что Калиста подсела на наркотики, пока не стало слишком поздно.

Мысль о том, что Жасмин грозит такая же опасность, потрясла его.

– Она откажется, что бы я ни предложил.

– Мне известно, что ты избегаешь любой ответственности, но в этом случае…

– Господи, Ставрос, она не принадлежит мне. – Дмитрий был близок к панике.

– Тогда не надо было отзываться на призыв о помощи, – заметил Ставрос. – Что в ней такого особенного? Никогда не видел тебя в таком состоянии. Ты меняешь женщин каждую неделю.