Жить настоящим

Паника скрутила внутренности в тугой узел. Схватив его за руки, Нихат тут же отшатнулась, почувствовав, что между ними проскочила искра.

– Пожалуйста, Азиз… – прошептала она, поворачиваясь к двери.

Взглянув на нее, он направился в ее спальню.

Вытерев пот со лба, Нихат открыла дверь. Улыбка застыла на ее губах, когда она увидела отца одного.

– Здравствуй, папа… – сказала она, не в силах оторвать взгляд от пустого коридора.

Сложив руки за спиной, отец вошел в покои. Он напряженно окинул взглядом комнату.

В его глазах не было даже намека на теплоту.

Подавив разочарование, Нихат указала рукой на кресла в углу.

– Не хочешь что-нибудь выпить?

– Я не могу надолго задерживаться, Нихат. Мне нужно срочно обсудить вопрос безопасности с принцем Аяаном.

Нихат кивнула.

– Я понимаю, как сильно ты занят. Я просто… я думала, что девочки придут с тобой.

На его лице не отразилось никаких эмоций.

– Мне нужно было удостовериться, что им можно навестить тебя здесь.

– Это дворец, папа.

Это самое надежное место в Дахаре. Аяан сказал… – Нихат умолкла, потому что губы отца неодобрительно поджались. – Принц Аяан сказал, что мне разрешено принимать гостей. Я – личный врач наследной принцессы, а не узница.

– Я и не думал, что ты узница. – Его лицо оставалось непроницаемым. – Однако до меня дошли слухи… которые я не стану повторять. На самом деле именно об этом мне нужно поговорить с наследным принцем. Из-за этих слухов и его неожиданного приказа вызвать тебя в Дахар я пришел к выводам, которые мне не нравятся.

В Нихат вскипел гнев, вытесняя терзавшую ее беспомощность. Она хотела одного – увидеть своих сестер. Всего лишь! Но похоже, вся вселенная настроена против нее.

– И что это за выводы, отец?

– Я не собираюсь выкладывать их тебе.

Ее наполнила бурлящая ярость.

– Нет, ты это сделаешь. Я твоя дочь, и мне тридцать лет. Я прожила в чужой стране, среди незнакомцев, восемь лет. Без мужской опеки я увидела мир. Я не только позаботилась о себе, но и добилась успеха в профессии.

Если мне отказано во встрече с сестрами… – Голос Нихат срывался, но ей было все равно. – Черт возьми, ты все мне скажешь!

– Ругаешься с отцом? Вот какой ты стала?

Нихат скрипнула зубами. Она много лет хранила молчание. Вплоть до отъезда из Дахара она всегда старалась быть примерной дочерью.

– Какой? Что я сделала неправильно? За что ты все еще меня наказываешь? Ты должен по меньшей мере сказать мне правду.

Он покачал головой.