Темные боги. Книга 1. Сумеречный город

– Я все сделаю, – растягивая слова, сказала Таисия и воткнула вилку в кусок курицы.

– Ты? – У Елены брови прямо взлетели на лоб.

– Да, я. Данте важно поддерживать контакты с аристократами. – Таисия улыбнулась брату, но вовсе не для того, чтобы доставить ему удовольствие. – Недалек тот день, когда ему придется всерьез задуматься о женитьбе.

Данте сердито зыркнул на Таисию, но, как только мать снова повернулась к нему, тоже заулыбался.

– Надеюсь, это правда, – сказала Елена.

Брайли, которая сидела рядом с матерью, как-то странно посмотрела на брата, совсем как раньше днем в библиотеке.

– Что ж, – заключила Елена, – только не напивайся и не выставляй себя на людях идиотом.

На самом деле Данте в этот момент с огромным удовольствием выпил бы в баре бокал красного насыщенного вина. После того как он увидел в библиотеке рисунок с тем монстром, ему буквально не сиделось на месте и хотелось побыстрее что-нибудь предпринять. Возможности поделиться своими мыслями с Таисией не представилось – Данте надеялся, что они вместе пойдут к прелату, – но он чувствовал, что все очень серьезно и откладывать визит нельзя.

До Ночи богов оставалось меньше двух месяцев, так что начинать готовиться надо было прямо сейчас.

У входа в дом прелата его остановили стражники.

– Милорд, прелат в это время обычно уже готовится ко сну, – сказал один.

Данте подключил свою обезоруживающую улыбку с легкой примесью раскаяния во взгляде.

– Мне очень жаль, что приходится беспокоить прелата в столь поздний час, но, боюсь, дело экстренное и не терпит отлагательств.

Мне крайне необходимо к завтрашнему утру знать его мнение по одному весьма деликатному вопросу.

Стражники заколебались. Данте не сомневался, что верховный комиссар приказал им жестко отсеивать посетителей прелата. Но как у наследника одного из домов у Данте были свои преимущества, и он ими воспользовался. Стражники пропустили его без дальнейших вопросов.

Лакей на стук не ответил – наверное, уже лег спать.

Данте слегка толкнул дверь и обнаружил, что она не заперта. Он счел это непростительной небрежностью, но она сыграла ему на руку. Он вошел в дом и закрыл за собой парадную дверь.

Единственная горевшая в вестибюле лампа отбрасывала на стены подрагивающие бесформенные тени. В доме стояла гнетущая тишина, даже обычных звуков усадки не было слышно.

Данте напрягся в надежде услышать скрип половиц или стоны стропил. Ничего.