Ангел обыкновенный

Обычно люди занимаются цветами, если у них остается время после грядок с помидорами. Кира же разводит помидоры, если у неё переделана вся работа с десятками видов редких растений.

На саду от меня никакого выхлопа. Я не разделяю страсть сестры к садоводству, плохо переношу лишения, поэтому бываю здесь всего пару раз за лето. Один из этих случаев обычно выпадает на открытие или закрытие дачного сезона. К этому событию покупается вино. Кира предпочитает сухое красное. Теоретически оно должно сочетаться с баклажанами.

Я их сначала запекла, а потом потушила с луком и морковью. Рагу получилось фиолетово-коричневого цвета. Прямо на сковороде, прежде чем переложить в контейнер, я разделила его на две равные порции. Когда сын поднял крышку со сковороды, то задумался, а потом спросил: «Это точно съедобно? Похоже на лёгкие курильщика».

Холодный ветер шуршал сухой травой, что осталась с прошлого года между плитками дорожки, петляющей между посадками до самого пруда. Поеживаясь и морщась от вина, я спросила у сестры:

– Хоть вкусно получилось?

– Конечно.

Всё по фэн-шую.

Мы сделали круг по саду, мимо дуба, кедров, голубой ели, сирени, яблонь, сосны и десятка самых разнообразных кустарников. Всё это древесное изобилие было чуть выше меня, но уже проглядывались красивые ландшафтные решения и многообразие оттенков зеленого. И только когда мы по локоть перепачкались землей, ползая на коленках и пересаживая цветы с места на место, я завела с Кирой разговор про свою поездку в Питер.

Она даже не сразу поверила, что такое количество счастливых совпадений вообще возможно: записка Фимы, которую я нашла в маминых бумагах, моя командировка, тот факт, что жилье, которое нам выгадала Аня, оказалась квартирой наших прабабок, землячество с Савелием, и, наконец, коробка, найденная спустя десятилетия на антресоли.

– Несколько лет назад мне снилась та питерская квартира.

– Я тоже видела во сне свои прежние жизни. Все они были очень тяжелыми, тёмными, и нынешнее воплощение, пожалуй, самое светлое и удачное из всех.

Про Кору и Фиму, думаю, всё правда. Насколько я помню, характер у меня был очень своенравный, я тогда в идеалы верила. Была красивой девушкой, но чтобы соответствовать духу тех времён, сознательно, при хорошем зрении, носила очки, чем, наверное, притянула близорукость в этом воплощении. Мы друг друга совсем не понимали. А ещё, как сейчас, вижу тот день, когда ты уходила из нашего дома.