Ангел обыкновенный

То ли этот мой простой жест на что-то повлиял, а, может, воображение просто разыгралось, но в следующее мгновение, когда Константин ринулся меня догонять, Михаэль как-то неловко зацепился одним ботинком за другой, повалился вперед, хватаясь за воздух и спину своего спутника. При раскладе, что мужчина он крупный, падение Константина было просто неминуемо, как и то, что Михаэль придавил его ноги на пару секунд, мешая моему преследованию. Мне даже почудилось нашептанное одними губами «беги».

Особенно тяжело было бежать по скользкому песку.

В глазах колыхалась пурпуровая пелена, уши заложило, щеки нещадно горели от сосудистого прилива, а мелкие камушки впивались в стопы через подошвы сандалий. Пару раз я оскользнулась и упала на ладони и коленки, измазав в сохнущих на прибрежной полосе водорослях рукава и подол белого халата. Но даже через червонные переблески в глазах я видела, что Серафим распахнул дверь дома, перескочил через все ступеньки одним прыжком и мчался сейчас мне навстречу. Когда он затормозил рядом, как на лыжах, проехав сандалиями по мокрости песка последние полметра, я могла только прошептать, сложившись пополам: «Распорядитель….».

Выражение лица Куратора изменилось в течение секунды от озадаченного до тёмно-смурого. Проследив за его взглядом, я обнаружила на своём больничном халате три расплывшихся кровяных пятна: один на животе, а ещё два чуть ниже локтевых сгибов. Серафим расстегнул халат и осторожно задрал пропитанную кровью блузку – на моём животе росчерком алела уже подсохшей корочкой глубокая царапина.

– Руки покажи.

Там дело обстояло хуже. Видимо, я не даже не почувствовала, когда мелкие осколки разлетевшихся от взрыва стёкол успели впиться мне в кожу предплечий. Как хорошо, что я сообразила прикрыть дверцей шкафа и руками своё лицо, потому, что все эти порезы ещё кровоточили, а в одном месте, ближе к запястью, на правой руке торчал кусок стекла.

– Это тебя так в больничке разукрасили? – Куратор оценил сразу всё мои повреждения: порезы, фиолетовые пряди волос, синюшные пятна преимущественно по правой стороне тела, разбитые колени, грязные ладони, кусок ткани, вырезанный из подола юбки и, полные мокрого песка и водорослей, разбухшие от воды сандалии.

Не дожидаясь ответа, он завел меня в кухню, заставил сунуть руки под кран с водой, резко вытащил стекло из руки, бросив его в раковину.