Под слезами Бостона. Часть 2

Я был уверен, что она доверилась мне. Неужели я ошибался?

– Я не могу так… – Серена обтягивает платье еще ниже и резко уходит в спальню.

– Как «так»? – спешу вслед за ней. Я не закончу этот разговор на такой ноте.

– Разве непонятно? – вскрикивает она и разворачивается ко мне лицом. – Тогда было темно, ты был под футболкой. Ты ничего не видел. И я ничего не видела! Если я сама не могу смотреть на себя, то как могу позволить это сделать тебе?! – глаза Серены наполняются слезами.

– Господи… – настигаю ее за два шага и прижимаю к груди.

Она снова дрожит, но теперь не от моих ласк. – Клянусь, я убью этого урода.

– Эзра, – всхлипывает она и поднимает на меня взгляд. – Что сделано, то сделано. Ты не изменишь того, что со мной сделал Бриан, даже если убьешь его. Его смерть не изменит меня. Не изменит моего уродства.

– Какого уродства? – обхватываю ее щеки. – Я не заметил никакого уродства в тебе. Я понял, что урод он. Но никак не ты. Хочешь узнать, что вижу там я?

– Эзра… – отмахивается она, но я не выпускаю ее из своих рук.

– Нет, послушай. Я не увидел уродства на твоих бедрах. Не нашел и на животе.

– Эзра, – начинает плакать она.

– Все, что я видел – это твоя сила. Стойкость, которой завидую даже я, – ее горячие слезы стекают по моим пальцам, но я продолжаю смотреть ей в глаза. – И когда я целовал тебя там, я думал, чем же заслужил такое доверие. Почему я тот, которому ты разрешила прикоснуться. Почему я, черт возьми, избранный, которому позволено находиться рядом с такой, как ты.

Позволено знать твои тайны. Позволено их трогать. Ощущать то мужество, которым обладают единицы на этой планете.

– Эзра… – чувствую, как она сама прижимается ко мне.

– Я действительно начал считать себя избранным. Благодаря тебе. Благодаря твоему доверию. И если ты думаешь, что я вижу там что-то кроме твоих достоинств, лучше прострели мне голову. Чтобы я перестал так мыслить.

– Как я могу прострелить голову избранному? – улыбается сквозь слезы, а мне хочется обнять ее так сильно, чтобы она ощутила весь трепет, который струится по моим венам.

 – Ты ведь сам туда себя внес.

– А ты не удалила? – наконец-то улыбаюсь и я.

– Нет, – мотает головой, а я вытираю пальцами ее растекшуюся тушь. – Разве я могу поступить так с тем, кого люблю?

«Кого люблю».

Мощный удар сердца. А потом оно замирает и перестает подавать признаки жизни.

Люблю.

То, чего я никогда ни от кого не слышал. Но услышал от нее.