В сердце Бостона

Она хотела, чтобы я скучал? Поэтому не отвечала мне три года?

Чушь собачья. А она ненормальная манипуляторша.

– Это шутка? Если да, то мне совершенно не смешно, – пытаюсь выровнять дыхание, но тщетно.

Кровь бурлит. Руки напряжены. Ноздри раздуваются. А она хлопает длинными ресницами, будто не понимает, отчего я так завелся.

– Нет, правда. Я хотела, чтобы ты соскучился по-настоящему. Как ты мне и обещал. Это было нужно, Бостон.

– Зачем?

– Поэтому…

Кендалл обхватывает ладонью мою шею. Сокращает это минимальное расстояние между наших лиц.

И впивается в мои губы.

Жадно. Рьяно.

Боги. Сколько же я мечтал об этом.

Разум затуманивается. Реальность испаряется. Стен нет. Пола нет. Есть только мы. Ее губы на моих губах. Сладость ее языка. Жар ее пальцев на моей коже. Ее тело, прижатое к моему торсу. Желание, которое вырывается наружу. Которое я держал в себе эти три гребаных года. Нет, больше. Я подавлял его много лет. Я пресекал. Не имел права желать. А теперь она здесь, и ей восемнадцать.

И она целует меня.

Я прикусываю ее нижнюю губу и слышу тихий стон, прорвавшийся сквозь поцелуй. Возбуждение волной проносится по моим венам и ударяет в пах одним мощным разрядом. Член каменеет за долю секунды и рвется из брюк. Я толкаю Кендалл к стене. Она забрасывает ногу мне на бедро, не переставая притягивать меня к себе за шею.

– Теперь я точно знаю, что ты скучал, – снова целует меня. – Я вернусь, если твое сердце все еще будет свободно, – шепчет то, что шептала три года назад, когда ей было пятнадцать.

И она вернулась. Вот только мое сердце…

Резко отстраняюсь от Кендалл. Отскакиваю к противоположной стене, как ошпаренный. Упираюсь спиной в стену и запрокидываю голову, закрыв глаза.

Мать твою, что я творю? Что я делаю?

– Бостон… – сбивчиво дышит Кендалл.

Что она хочет от меня услышать? Что я могу ей сейчас сказать?

– Прости… – шепчет она. – Я не имела на это право после всего… После всего, что видела сегодня.

Не могу отдышаться. Не могу открыть глаза.

Черт возьми, я не хочу их открывать, потому что придется вернуться в реальность. Придется найти объяснение тому, что только что произошло.

Это не должно было произойти. Я не должен был давать слабину. Это не в моих правилах. Это не я.

– Это неправильно, – нахожу в себе силы выговорить, крепко зажмурившись.

– Да, я сглупила. Извини, – ее теплая ладонь касается моего лица и поправляет выбившуюся прядь челки. Я вздрагиваю и моментально открываю глаза.