Homo Animalis. Бремя славы

– Тем более для тебя! Ты избалованная, вздорная и вспыльчивая девчонка! Твое прис-с-сутствие нежелательно в нашей тихой деревне.

– Ах, я избалованная? – Рассердилась я. – Тогда, ты еще не видел насколько.

Я уселась на землю прямо на тропе.

– Я никуда не уйду, пока ты мне все не расскажешь.

Нейк смерил меня взглядом и к моему удивлению сел напротив.

– Я не обязан ничего тебе объяс-с-снять, – спокойно и с насмешкой ответил он. – Я не могу заставить тебя уйти силой, но упрямс-с-ства мне тоже не занимать.

Рано или поздно ты уйдеш-ш-шь.

Наступила тишина. Только пение утренних птиц из чащи вокруг холма нарушало наше молчание.

– Ты боишься меня? – с насмешкой спросила я после длительной паузы.

– Нет.

– Тогда почему не можешь заставить меня уйти силой?

– Я против насилия в любом виде, – презрительно ответил Нейк. – Даже то, что ты называеш-ш-шь охотой и в чем считаеш-ш-шь твое призвание, мне противно. Я слишком хорошо знаю, к чему приводит желание решить проблемы применением силы.

Я нахмурилась и снова замолчала. Слишком ярко в моей голове возник облик умирающей антилопы.

Солнце поднялось выше. Обитатели нор, гонимые повседневными делами, покинули свои убежища. Теперь они делали вид, что совсем меня не замечают. Проходя мимо, они не удостаивали меня даже взглядом, приветливо здороваясь и перебрасываясь парой фраз с Нейком. Пару раз мимо нас прошла Ррел. Но даже она не взглянула в мою сторону, хотя ей явно хотелось.

Я же, не стесняясь, рассматривала обитателей общины.

Их повседневная жизнь сильно отличалась от нашей. Львы по большей части в дневное время вообще ничего не делали, предпочитая прятаться от солнечных лучей под жидкой тенью акаций, спать или лениво болтать с родными и друзьями. Здесь же все чем-то занимались.

Мужчина из норы справа от меня снял со входа старые коричневые листья и уже некоторое время пытался приладить на их место свежие зеленые. Получалось не очень хорошо, тяжелые листья постоянно падали и не желали висеть в неположенном для них месте.

Дело пошло лучше только когда его сосед пришел на помощь. Вместе им, наконец, удалось упросить первый из листов встать на предназначенное ему место.

Я отвернулась, в поисках нового объекта для наблюдений. Им оказалась немолодая женщина слева. Вооружившись такой же палкой, какой Фее убирала разбросанные мною фрукты, она, по всей видимости, очищала лужайку перед входом в нору от занесенных за ночь мелких листочков.