Тепло твоего сердца

 – Чтобы душа покидала живое тело…

Получив возможность получше рассмотреть больного, Дьюар понял, что тот никто иной как полуэльф – заостренные кончики по-человечески коротких ушей выдавали примесь чужой крови, однако слишком слабую, чтоб проявиться как-либо еще. Запавшие щеки покрывала вполне человеческая щетина, и ни одного родового рисунка, традиционного для детей лесов, не виднелось на коже.

– Что это ты делаешь? – с лица девушки, выглянувшей из кухни уже с подносом, медленно сползло радушие, сменяясь беспокойством.

Она забыла и про поднос, резко отставленный на ближайший стол, и про гостеприимство, бросившись вперед почти бегом.

– Имрил… Ему что, стало хуже? – быстро обойдя отступившего Дьюара, девушка присела на колени около безвольно обмякшего тела, прикоснулась ладонью к жилке на шее и тут же сделала охранный знак правой рукой, заметно побледнев.

– Он жив, – заметив ее замешательство, пояснил Дьюар. – Пока жив, но я раньше не видел такой болезни.

– Разве ты лекарь?

Ее напряженный взгляд на миг тронула надежда, едва-едва прикоснувшись голубиными крыльями. Дьюар покачал головой, и девушка вновь понурилась, хорошенький рот предательски исказился, сдерживая скорбный стон.

– Мой наставник – маг, и о болезнях он знает много, – вырвалось само собой. – Если расскажешь побольше…

Слишком поздно он прикусил язык: она уже поверила, уже немного воспряла духом, и вновь рушить ее ожидания было бы преступно.

– Там его комната, – кивнув на узкую дверь, сообщила воодушевленная девушка.

– Помоги оттащить его обратно в постель, и мы поговорим.

Укладывая Имрила на смятый топчан в крошечной, хотя и на удивление обжитой комнате, Дьюар все украдкой поглядывал на собеседницу, пытаясь уловить в ней тот образ, похожий на маленькую птичку, который померещился ему в самом начале, когда девушка только выглянула из кухонной. Она уже отряхнулась от муки и разрумянилась от печного жара.

Она была еще так юна – наверное, младше него самого – что все чувства ясно отражались на ее лице.

Она потупилась, когда наконец закончила хлопоты и уселась напротив Дьюара, и еще некоторое время теребила в руках подол фартука, собираясь то ли с мыслями, то ли с духом.

– Странно, что ты не слышал о нашей беде еще по пути в Эдорию, ведь мало какой дом в городе она обошла стороной.