Не восточная сказка. Своя среди чужих

Скоро должен позвонить Геннадий…

После долгожданного звонка от Геннадия, взгляд Эммы сильно изменился. Она лишь смогла разочарованно выдохнуть:

– Не может быть. Он это снова сделал.

– Кто? Что сделал?

Прибыв на место, где располагается это кафе, Эмма уверенно открыла двери и вошла внутрь.

– Как это вы не можете его продать? – направилась она к низкому, полноватому мужичку.

– Появился другой покупатель, Эмма Валерьевна, – виновато объяснял тот. – И он предложил сумму вдвое больше вашей суммы.

По-вашему, я должен был ему отказать?

– Да! – выпалила она, но тут же спокойно продолжила: – Послушайте, у нас с вами был уговор. Бумаги уже готовы. Осталось только подписи поставить. Вы обещали, что кафе будет моим.

– Я ничего никому не обещаю заранее. Если сможете предложить больше, чем предложил ваш оппонент, тогда кафе ваше. Это бизнес, Эмма Валерьевна. Тут, кто больше – тот и победитель.

– Тогда мне придется утроить сумму, и это кафе все равно будет моим, – Даниэль поправил воротник серого атласного пиджака.

На его лице красуется довольная ухмылка. В глазах сверкают искорки. Этот мужчина и вправду знает себе цену. Горделивый и самоуверенный…

Эмма смотрит на него сверху вниз, крестив руки на груди. Как же сильно она его ненавидит сейчас.

– Мои поздравления, – холодно сказала она, а потом добавила: – Не смог удержаться от возможности снова вставить мне палки в колеса? Зачем ты это делаешь?

– Всегда в цель! Не думал, что ты так легко сдашься. Твоя мечта ускользнет от тебя, как и до этого… Не хочешь отстоять свое право владеть этим кафе?

– Нет.

Я не хочу играть в твои игры.

Она была безумно расстроена и хотела съездить чем-либо ему по лицу, но сжимая кулаки, выпрямила спину и направилась к выходу. А у дверей задержалась. Выдохнула, развернулась и спросила:

– Почему мы не можем быть друзьями, как раньше? Может, сядем за стол и поговорим об этом вместо того чтобы спорить?

– Я бы с радостью, он у меня много дел.

Даниэль не любит вспоминать прошлое.

Всякий раз при упоминании о разрушенных отношениях их семей, он разворачивается и уходит. И вот сейчас, когда Эмм снова завела свою шарманку о дружбе, он отвел взгляд в сторону и опустил голову.

– К чему эта война? Несправедливо обвинять меня в том, что сделал мой отец когда-то. Я всегда была на твоей стороне. Отстаивала твою позицию даже после того, как он выгнал тебя с фирмы, тем самым, я окончательно разрушила с ним отношения.