Девочка для Хана

Он порой смешно себя вел и даже помогал мне. В основном после того, как я его достану своим нытьем. Вздохнет, потрет переносицу под очками и примется за мое уравнение.

Я даже скуксилась от разочарования. Но, как оказалось, расстраиваться из-за свободного места рядом было плохой идеей…

Спустя двадцать минут урока, громко хлопнула дверь. В класс вошла классная руководительница 11 "Б", такая же расфуфыренная, как и все они. И так же много о себе воображает. Она ведет у нас английский, поэтому я знаю это не понаслышке.

Среди ребят долго ходил слушок, что если оставить рядом с ней зеркало, то можно отдыхать добрую часть урока. Но пока что это никто не проверил.

Англичанка пошушукалась о чем-то с нашей, и обе заговорщицки заулыбались. Не нравится мне все это…

Она поманила рукой кого-то из-за двери, и внутрь нестройной толпой ввалилась… наша параллель.

Короли гордо стояли перед нашим классом, будто их пригласили сюда, чтобы мы ими полюбовались. Но, как и мы, они не знали причину этого странного собрания.

В толпе я заметила Хана. Ребята уважительно расступились перед ним, позволяя встать впереди всех. Он стоял в капюшоне и равнодушно оглядывал мой класс. На секунду замер на мне.

И почему-то сердце сделало сальто внутри. И гулко ухнуло куда-то вниз. Я не отвела взгляд, стойко выдерживая натиск его серых глаз. Хотя в данный момент хотелось провалиться на первый этаж и убежать. Ну или под парту спрятаться.

Наша преподавательница начала что-то говорить, и он быстро перевел взгляд на нее, позволяя мне выдохнуть.

Теперь все внимание всех ребят было приковано к тому, что говорили наши учителя. И мне тоже стало интересно.

–…И по приказу директора было решено объединить ваши классы. Нет смысла учить по половине класса, когда можно слить все в один. Теперь вы все 11 "А"!

Мне показалось, что класс рухнул под напором криков и возмущений. Возможно, это сейчас слышит вся школа, слышит и сотрясается. Наши парни били по столам кулаками, девочки возмущенно вопили, короли разгоряченно жестикулировали.

Среди этой суматохи только их главарь стоял молча, явно оценивая ситуацию и ее последствия.

Мне кажется, я даже оглохла.

– Тихо! – закричали в один голос учителя. Гул постепенно стих, но тихие возмущения проскальзывали. – Все уже решено, вы уже ничего не сделаете. И не надо меня пугать своими родителями, Саенко, они здесь ничего не решают.  Приказ отдан сверху, даже директор вам не поможет.