Смазки для взрослых – III

Она погладила его, полюбовалась и поднесла свой нос к головке, чтобы вдохнуть свежий аромат. Замурчала от удовольствия и лизнула. Сладкий вкус заставил слюнкам потечь по гладкости, и она засунула в рот сначала головку, а потом и половину рыбины, бьющейся во влажности и содрогающейся. Ее губы свело от растяжения, и она освободила его, чтобы поцеловать и еще полюбоваться.

Едва она отодвинулась, как почувствовала его широкую ладонь у себя на ягодицах. Он подталкивал ее, приглашая взгромоздиться на него всем телом.

– Ну же… – хрипел он.

Оксана влезла и замерла. Ей вдруг стало страшно, что такой сазан порвет ее пруд и оставит без приятностей и щекотки.

Но мужик одним махом подмял ее под себя и оказался меж ее ног. Он стал тихонько тыкать, клевать, нащупывать мокрое место. Утопил сначала головку, освоился немного и еще, потом еще… пока не достиг дна. Оксана почувствовала, как в самой глубине он бьется и ласково целует ее твердь. Потом сильнее и еще, и еще. Она задрожала вся, потом напряглась и выгнулась ему навстречу с диким криком.

Берега ее ритмично сужались и расширялись, сужались и расширялись, пока она снова не начала дышать. Он медленно вынырнул из нее, дал отдохнуть и стремительно нырнул вновь, целуя ее дно, не останавливаясь ни на мгновение. Ее пруд выплескивал влагу и сокращался до потемнения в глазах. Уши заложило и казалось, что смерть стоит на пороге в ожидании ее. Но он вынырнул и излился животворящим настоем на лицо ее, оживляя и придавая новых сил. Оксана вытерла щеки, губы и поднесла к носу, чтобы понюхать исцеляющий настой. Его запах растянул губы в блаженной улыбке. Она посмотрела на мужика и кивнула:

– Василь?

– Отдыхай, Оксанушка, отдыхай, милая…

Солнечный луч щекотал ресницы и настойчиво будил к утренней трапезе, которая уже был почти готова. Оксана потянулась и открыла глаза. Баба Нюра заварила самовар и поставила на стол блюдо с желтыми блинами.

– Проснулась уже? А я будить тебя хотела, – повернулась к ней баба Нюра, вытирая руки о передник.

– Мне опять снился сон…

– И хорошо. Иди умывайся, косу заплетай да за стол. К обеду уже дома будешь, – хитро улыбнулась старушка.

Оксана, причмокивая, пила чай с жирными блинами, что оставляли блестящие следы на подбородке и пальцах и слушала, как баба Нюра поет какую-то веселую песню и улыбается блаженно.

– Баба Нюра, Василь приходил, – сказала Оксана, когда та закончила петь.

– Знаю.