Носитель фонаря. Альтраум III

Но вряд ли я пролетел больше полутора метров как с громким хлюпаньем приземлился задом в воду, взорвавшуюся волной таких неповторимых ароматов, что я немедленно вскочил, не озаботившись вопросом, насколько целы все кости.

Когда глаза совсем привыкли к местному освещению, я увидел, что стою в тоннеле с очень низким сводчатым потолком из серого кирпича, прямо над головой у меня – темная труба с крошечным ярким окошечком люка в немыслимой дали, а под ногами – канава глубиной примерно по колено, наполненная жидкостью, фосфоресцирующей зеленоватым светом.

По жидкости медленно дрейфовали разнообразные малопривлекательные штуковины, в одной из которых я опознал гнилую луковку.

В конце концов это не может быть настоящая канализация, успокоил я себя, припоминая волшебные особенности местных ночных горшков. Просто сюда сваливается весь хлам и сливаются все стоки, чтобы исчезнуть во время очередного обновления мира. А вонища, наверное, сгенерирована геймдизайнерами по дефолту – прямо вижу, как они сидят и обсуждают – не добавить ли тухлятинки? легкий шлейф навозного амбре? гамма выдержанного кошачьего лотка? достаточно ли выражены нотки тошнотворной кислятины?

И раз тут все само по себе исчезает, значит, бессмысленно искать место, куда эта канализация должна сливаться – выход нужно искать вверху.

Уйти подальше и искать очередной такой же люк.

Эта сокровенная часть Вивана была очень поучительна и наводила на философские мысли о том, какая гадость может скрываться под внешним лоском и блеском – увидели бы все эти холеные курортники, над чем они веселятся, танцуют и едят – их бы стошнило от такой правды жизни.

Со стен сочилась пузырчатая слизь, от запаха слезились глаза, то и дело приходилось обходить сталактиты из чего-то исключительно омерзительного. Тоннель бесконечно делился, разветвлялся и петлял, и когда я счел, что достаточно далеко ушлепал по фосфоресцирующей жиже, то принялся задирать голову, пытаясь увидеть подъем наверх. За это я тут же бы вознагражден тем, что на лицо шмякнулась отвратительная плюха чего-то липкого с потолка. Взвыв от отвращения я, как мог, оттерся мокрым рукавом.

– Потерялссссяя? – ласково прошептали мне из мрака.

Я дернулся, хотя не очень-то испугался, скорее от неожиданности. Первую секунду воображал, что это кто-то из фиолетовых меня-таки достал, но потом сообразил, что вряд ли живой человек может свисать с потолка такой бесформенной кучей.

– Потерялссся! – удовлетворенно вздохнули с потолка.