Волчица

Она у меня была самая смелая, самая сильная и самая умная женщина в нашем поселении. И за это наш отец любил ее. Она могла решить любой вопрос и помирить всех, если кто-то с кем-то ругался. Поэтому ее все прозвали Держащая Мир. А сейчас в нашем поселении не мир, а война. И как же там наша мама?

Я решил, как только стемнеет, пойду в свое поселение и найду маму. Так мы с сестренкой просидели до вечера. Как только я собрался встать, то услышал голос, тихонько оглянулся и увидел своего отца. Оказывается он искал нас.

Я сразу же поднялся и помчался к отцу, держа люльку с сестренкой в руках. Он нас обнял, обрадовался, что мы живы и с нами все в порядке. Мы пошли к поселению.

Мужчины наводили порядок. Много детей и стариков были убиты, а женщины изнасилованы. Кого-то в плен забрали. Моя мама лежала раненая в нашем вигваме[3 - *Вигвам – жилище индейцев.]. Пуля попала в плечо. Она потеряла много крови. Рядом с ней крутилась шаманка и готовила какое-то зелье.

Я сел рядом с мамой, взял ее руку и смотрел на нее.

Лицо ее было бледное, глаза потухшие, губы дрожали. Видно ей было больно, но на глазах не показалось ни одной слезинки, не издала ни звука боли. Она держалась изо всех сил, только время от времени прикусывала губу и тяжело дышала. Я сильнее сжал ее руку и сам себе пообещал, что больше никто не обидит мою маму. Я пообещал, что больше никого не убьют и не тронят из нашего поселения, ведь сегодня я потерял двух сестер и двух братьев. А также я пообещал себе, что никогда в нашем поселении не появится ни один белый и что с этой поры мы не будем доверять им. Мы только будем воевать с ними.

На следующий день, кто остался в живых, собрали пожитки, и мы отправились искать новое жилье. Мы его нашли. Мы нашли безопасное место, где заканчиваются прерии и начинаются леса. Мы выбрали это место, чтобы наши женщины и дети были в безопасности. При нападении они могли бы добежать до леса и спрятаться. Мы научились хорошо ориентироваться в лесу и это был наш второй дом. С этого момента нас стали называть «Лесными людьми».

В двенадцать лет отец взял первый раз меня на охоту. Я был один из лучших стрелков, а лучше всего мне удавалось выслеживать зверя по его следу. Там где никто не видел следа, я всегда его находил. Во мне срабатывали инстинкты охотника, в этот момент я сам превращался в зверя, готового схватить свою добычу и не отпускать ее. Поэтому я всегда больше всех приносил домой еду с охоты. И меня все стали называть Отважным Охотником. Так я рос.