Дневники фаворитки

Та метнулась к кровати и опустила полог, но я все равно успела заметить спящего на животе голого мужчину. По обильной шерсти на спине и даже на ягодицах догадалась, что это Вокан.

– Я хочу уйти.

– Куда? – Велица подавила зевок.

Я с тоской посмотрела в окно. Шел обильный снег. Только в горах у моря он может быть таким красивым. Наполненный влагой, моментально оседающий на ветвях елей, делая их сказочными.

– Ты и до деревни не дойдешь. Доктор Фурдик вчера едва не упал в обрыв: у лошади копыта разъехались.

А ты хочешь вот в этих сапожках, кутаясь в один шерстяной платок…

– У меня еще сохранилось мое покрывало, – я сопротивлялась с упрямством ребенка.

– Ну, дойдешь ты до деревни, а дальше что?

– Поищу дом, где нужна учительница. Я могу обучать игре на бюдаре…

– Единственный на всю деревню бюдар стоит в храме.

– А если я там пристроюсь и буду играть на службах?

– Старик Гержик сожрет тебя с потрохами. Это его способ заработать монету на выпивку.

Я потупила взгляд. Нет, страждущего выпить мне не победить.

– Что тебя не устраивает в Драконьем замке? Тут тепло, сытно и, как я поняла, постелью неволить не собираются.

– Это унизительно…

– Вот это да! То говорила, без любви никак, а теперь, когда твое место заняла другая, почувствовала себя униженной?

– Я не о постели, – я даже топнула ногой. И как Велица могла подумать такое? – Я не хочу чувствовать себя нахлебницей. Вы все при деле, так или иначе зарабатываете свой кусок, а я…

– Пойдешь на кухню в помощь Марице? Будешь свиньям корм задавать? Или полезешь в курятник яйца собирать? Что ты можешь? – она взяла мою ладонь и поднесла к моему же лицу.

Я рассмотрела на запястье след от краски. – Кожа нежная. В первый же день до кровавых волдырей сотрешь.

– Что же мне делать? – отчаяние переполняло меня. На кровати зашевелились. Велица досадой цыкнула: – Разбудила-таки!

Полог раздвинулся, и я зажмурила глаза. Мало приятного видеть голого мужика.

– К-хм! – кашлянул Вокан. – Я тут намедни в деревню сходил…

– Угу, опять со стариком Гержиком набрался…

– Молчи, женщина.

Так вот… Ты глаза-то открой. Не такая у меня морда страшная, чтобы щуриться.

Я открыла. Вокан лишь слегка раздвинул полог, сунув в образовавшуюся щель голову. Слава богам, остальное великолепие медведя от моих глаз было целомудренно скрыто.

– Так вот, я захватил с собой твои мазульки…

– Что?

– Он про рисунки говорит, – перевела Велица.

– Кухмиру они приглянулись.