Гражданка Иванова, вас ожидает дракон

Золотой лоб вернулся к царице, сжавшей в предчувствии беды губы. Хмуро глянув на испорченное кресло, занял место на низком диванчике, позволив супруге смотреть свысока.

– Раз камень брошен, надо ждать круги на воде, – самодержец сокрушенно помотал головой, соглашаясь, что лорд Ракон не успокоится, пока не выколупает истину. – Единственный выход, бросить еще один, да побольше, чтобы о первом камешке забыли.

– Надо бы лорду Ракону так голову задурить, чтобы он забыл свое имя, не то что слова какой-то старухи.

Напиши Соловушке – он мастер строить каверзы. Не зря же исправно отправляешь гостинцы, – царица задумчиво повертела обручальный перстенек на пальце. Вот ведь мечтала подольше от старухи отдохнуть, доставшей своими скудоумными поучениями, а не вышло. Иногда в сердцах хотелось назвать ее Жизнь Отнимающей, поскольку та была самым настоящим вампиром, высасывающим из снохи и родного сына все силы. «Прости меня, Извечный кузнец, за крамольные мысли, но чую, что быстрее нее уйду в иной мир, а она продолжит донимать моих детей и внуков».

– А может обойдется? Ведь Ульрих ни словом не обмолвился, что матушка лично с герцогом виделась. Может, мы зря всполошились?

– Ох, чует мое сердце, боком вся эта история выйдет! – царица – мать семерых детей приложила руку, унизанную перстнями, к выдающейся во всех смыслах груди.

***

– Ваша Светлость! Ваша Светлость! Погодите! Как хорошо, что я вас заметил!

«Да что за день такой!»

Герцог подал знак рукой, чтобы извозчик остановился.

Проклятый венок вновь сбросился с сиденья, растеряв при этом половину колокольчиков, оказавшихся куда более нежными, чем васильки и лютики.

– Чего тебе, Сварзи?

Вспотевший от погони за бричкой лысый гоблин, пытаясь отдышаться, схватился за сердце. Франтоватый сюртук в полоску топорщился, на рубашке и обычно до блеска начищенных штиблетах пятна кофе, что исключительно ярко свидетельствовало: топ-менеджер казино «Крути рулетку» находится в сильном замешательстве.

– Я в никоем разе не хотел бы беспокоить Вашу Светлость, но дело сугубо важное.

Не могли бы вы, милорд, пройти в мой кабинет?

Герцога всегда напрягала витиеватость слов нэда Сварзи. Любитель краткости и ясности, он набирался терпения, чтобы не обидеть ценного работника, но сегодня был не тот день.

– Говори, что случилось. Коротко и ясно!

Гоблин скосил глаза на закаменевшую спину извозчика.

– Сугубо приватно, мой лорд…

Спускаясь, Фольк поднял с пола потрепанный венок.