КиберLove. Секрет звездного странника

Благодаря долгим разговорам на расстоянии, мы сделались настолько близкими, что поцеловались на первом же свидании. Украдкой, прячась в тени парка. Зато после, используя зумком, мы позволили себе гораздо большее.

Со временем наши виртуальные ласки становились все откровеннее, и месяц спустя мы уже не стеснялись друг друга. Встречаться на людях или где–то в отеле мы не посмели бы – полиция нравов была начеку, но вот зумком предоставлял нам полную свободу. Пусть не по–настоящему, но я чувствовала не только прикосновения Лериха, но и запах его духов.

А он хотел большего.

Я знала, что отец убьет меня, если я только заикнусь, что мой парень аденец, поэтому держала наши отношения в тайне. Надежда была лишь на то, что однажды Лерих собственным талантом пробьется в высший круг, и нам не будет нужды скрываться.

– А если мы сбежим на Софру? – у Риха загорались глаза, когда он убеждал меня, а прежде всего себя, что есть более быстрое решение нашей проблемы – перебраться на соседнюю планету.

– Всю жизнь болтаться на чужбине? Как бы не был силен мой отец, здесь мы сделаемся изгоями. Зачем что–то выдумывать, когда есть легальный способ узаконить отношения? – увещевала я.

– Академия слишком долгий путь. И бездна бы с ними, деньгами, я бы за год заработал на первый взнос, заказы есть, но семь лет прятаться и не сметь дотрагиваться до любимой женщины?

На нашей планете все сделано для того, чтобы в высшее общество попадали только те, кто достоин, а Академия вместе с дипломом давала прямой вход в мир далатов.

Из–за разбитой на выставке работы я чувствовала себя виноватой, поэтому уступала, когда Рих продвигал наши отношения дальше – все ближе к запретному краю.

– Может, пора попробовать по–настоящему? – спрашивал он меня, после очередного сеанса ласк. Мне самой нравились наши тайные игры, но одно дело доставлять друг другу удовольствие виртуально, совсем иное, когда придется лечь реальную кровать, где нас могут застукать в любой момент.

– Подождем еще чуть–чуть, – отвечала я. – Может, после выборов что–то изменится. Я конечно, желаю своему отцу победы, но его оппозиция сильна и обещает смягчение законов.

– Я слышал, младший сын лидера оппозиции влюбился в аденку и вынужден был перебраться на Софру. Там много наших. Если закон изменят, они все вернутся.