Семь причин влюбиться в мужа

Блеск светлых глаз – как доказательство, что его позабавило мое смущение.

Высокий. Ладная фигура, широкие плечи обтянуты шерстяной тканью, опять–таки красного цвета, но на тон темнее, чем моя. Как кровь, что уже успела загустеть. На лице черная маска.

На лице чертова маска!

Какой формы нос? Разрез глаз? Красив или уродлив мой будущий муж?

Я усмехнулась от нелепости вопросов, задаваемых самой себе. О чем думаю? Какая разница, как выглядит король, если отныне я принадлежу ему? Как вещь.

Как товар. Каким бы ни был Лард Тарквидо, я должна подчиниться. Ни любви, ни привязанности, только долг.

Мою кривую улыбку заметили. Во взгляде жениха светится вопрос. Я покачала головой. Нет, ничего. Все пустое!

Я оглянулась. За нами шли еще двое. Ни одного знака отличия от человека, ведущего меня по пристани. Одинаковые, как горошины в стручке. Мундиры, золото позументов, маски. Чужие.

Удары барабанов отмеряли мое время. Через несколько десятков шагов все останется позади.

Надежды, чаяния, любовь.

Еще вчера я была уверена, что знаю свое будущее. Заботливые родители – правящая чета Итары, не раз убеждали меня в этом. Я готовилась к браку с шестнадцати лет и знала, кому предназначалась. Захлебывалась от счастья. Любила и была любима самым прекрасным мужчиной на свете – принцем Теодором Фарикийским. Наивная! Все мои мечты и стремления поросли быльем в одно мгновение.

***

Даже сейчас, оглядываясь на прошлое, начавшееся с шествия невесты в красном, чей наряд сшит в соответствии с традициями чужого королевства, я продолжаю волноваться.

В водоворот страстей втянуло не только близких мне людей, но и совсем незнакомых, и лишь благодаря их осведомленности и открытости, что помогло собрать мозаику событий тех дней, я могу рассказать историю целиком. Без белых пятен и приукрашиваний.

Итак, я будущая жена короля Ларда Тарквидо, который никогда не снимает маску.

Глава 1. Исполнившееся предсказание

Этот день начался как обычно: ранний подъем, потом завтрак в кругу семьи, где традиционно обсуждались события вчерашнего дня, часть из которых, касающихся политики, я слушала вполуха, и, наконец, время для «развития личности» – так отец называл мои занятия с преподавателями различных наук и искусств.

Я собиралась на последний урок, когда возбужденная фрейлина – самая близкая подруга моей матери влетела в гардеробную.