Серебро. Полночь оборотня

Если бы он не опомнился, что окружающие замечают наш нервный разговор, на моем предплечье к завтрашнему дню расцвел бы огромный синяк.

– Разрешите пригласить вашу даму?

Я ненавидела Вито. Аурелио с легкость отдал меня в руки младшего принца. Он даже был ему благодарен!

– Позаботьтесь о моей сестре, – произнес он, прочитав по моим губам брошенное оскорбление «Трус!».

Развернувшись на каблуках, Вито удалился. Вито ушел! Я готова была бежать следом, чтобы закончить разговор, но послушной овцой поплелась за Харритом.

Нельзя устраивать прилюдные скандалы.

– Вы поссорились? – принц притянул меня к себе за талию. Ждал, чтобы попасть в такт и начать выводить па.

– Я не хотела с ним танцевать, – буркнула я, отводя глаза в сторону. Надо же было объяснить, почему Аурели волок меня за руку.

– Редко какие братья хотят танцевать с сестрами, – Харрит кивнул на Шелли, танцующую со Свиргом. У того было лицо обреченного на смерть человека.

– А почему бы вам не пригласить Шелли?

– Она милая девушка, но я решил прийти на помощь лорду Аурелио.

Я задохнулась от несправедливости.

– Мужское единство, – мягко рассмеялся Харрит.

Если бы не моя влюбленность в Вито, я бы с самого начала бала отметила, насколько привлекателен младший сын короля. Я видела его и не раз. Дворец только кажется большим. Правда, прежде мне не приходилось так тесно общаться с Харритом, поэтому сейчас я украдкой рассматривала принца и, словно в отместку Вито, подмечала его яркие черты. Густые волосы того чудесного оттенка меди, что на солнце кажутся почти рыжими.

Непослушный завиток на высоком лбу – о таком моя деревенская нянька говорила «корова зализала». Глубоко посаженные, но большие глаза, в которых прячется добрая ирония. Нос правильной формы. Мягкий рисунок губ. Легкая небритость – эта небрежность придавала принцу особое очарование.

Пусть Харрит не такого высокого роста, как Аурелио, но гибкий и подтянутый. Под моей ладонью чувствовались крепкие мускулы. И такое же, как у Аурелио, пренебрежение к драгоценностям.

Лишь родовое кольцо Плагертов на среднем пальце. Вито тоже носил перстень, но на указательном. Я помню, в детстве он не разрешал до него даже дотрагиваться. Тогда перстень висел на цепочке на шее Аурелио. Лишь когда он сделался взрослым, кольцо заняло место на его руке.

Черт, я опять сбилась на мысли о Вито.

– Может, выйдем на веранду? – Харрит поклонился мне, что означало конец танца, и я быстро изобразила ответное приседание.