Союз пяти королевств. Трилогия

 Свон обтиралась и морщилась от боли, когда задевала ушибы и ссадины, полученные не только в придорожной канаве, но и при жестком приземлении после неудачного купания в реке.

За этим занятием ее и застала Амали, которая ворвалась в комнату с упреками, что Свон затеяла купание в то время, как ей следовало находиться на кухне. «Все с ног уже валятся!» Как оказалось, прибыли король с королевой, а рук для подачи блюд в главную залу, где рассадили гостей, не хватало. Нанятые деревенские для этих целей не годились.

Пришлось Свон облачиться в принесенную кухаркой одежду, состоящую из широкой юбки и наглухо застегивающейся рубахи. Поверх мешковатой пары Свон надела тунику, перехватив ее на талии широким поясом, а на голову водрузила огромный чепец, скрыв не только волосы, но и само лицо. Такая одежда мышиного цвета сделала бы любую женщину безликой, будь она хоть какой раскрасавицей, и это как-никогда устраивало Свон, желающую спрятаться от ненужных глаз.

Когда она вошла в зал с блюдом, полным свежего хлеба, то ощутила жар, исходящий от очага, где на огромном вертеле жарилась туша быка.

Сотни свечей и факелов освещали столы, за которыми сидели придворные, шумно общающиеся между собой после изрядной порции хмельного монастырского пива, завезенного в огромных бочках специально по такому случаю.

Свон, разделившись по указанию управляющего с прочими служанками, несущими хлеб, направилась к главному столу, установленному на возвышении, где сидела королевская семья, милостиво разрешившая присоединиться к своей трапезе хозяевам замка, чем явно польстила супруге графа Шовеллер.

Приглядевшись, Свон с удивлением узнала в королеве ту самую даму, что так неодобрительно разглядывала ее на дороге. Улыбчивая спутница, к которой Ее Величество обращалась не иначе как «милая Аделаида», сидела возле одного из принцев. Зайдя за спины гостей, Свон обнаружила, что рука молодого человека обвивает талию Аделаиды, в то время как ее ладошка лежит на его колене.

Неприличные прикосновения взрослой дамы и ее кавалера видела только Свон, поскольку, раскладывая хлеб, подошла к ним достаточно близко, а удостоенные высокой чести дворяне были увлечены разговорами. Впрочем, в этот самый момент король хранил молчание, а королева сквозь зубы выговаривала супругу за легкомысленность. Он, соревнуясь с сыновьями, оставил ее на дороге одну, и лишь благодаря счастливому случаю, не пришлось идти до замка пешком.