Драконий зев

Затаив дыхание от восторга, я следила, как звезды подмигивали мне, казались такими близкими, способными уместиться в ладони. Но я понимала, что лететь до них можно сотни и тысячи лет. Меня накрыло ощущение одиночества, и я взглянула вниз.

Вот этого делать не стоило. Я думала, что увижу землю, облака. Но и подо мной грустно, бесконечно далеко сияли звезды. Я осталась одна. Мысль о том, что мне предстоит вечность мерцать в темноте одинокой звездой, напугала меня. И я прошептала: «Хочу домой!»

…Резко дернувшись на кровати, я проснулась.

Как оказалось, очень вовремя. Служанка как раз подошла к моему шкафу и готовилась его открыть, видимо, собираясь там прибраться.

– Ия, не трогай мои вещи, – нахмурилась я.

Служанка всплеснула руками:

– Госпожа, вы проснулись! Никак не могла вас разбудить! Уже собиралась бежать за целителем! Ваш отец очень сердится. А леди Кларисса требует, чтобы вы явились к ней сразу, как позавтракаете и приведете себя в порядок. Сегодня она принимает солнечные ванны в виноградной беседке.

Я протерла глаза, прогоняя удивительный сон. Россыпь звезд всё еще танцевала у меня перед глазами. Неудивительно, что не могли добудиться. Я словно в ином мире побывала. Или виноват ночной незнакомец, из-за которого я долго не могла сомкнуть глаз?

Отправив служанку за завтраком и горячей водой для утренней ванны, натянув на плечи тонкий шелковый халат, я ещё немного подремала.

***

На встречу с мачехой я явилась тремя часами позже.

Беседка встретила меня тягучим запахом цветущего винограда и солнечным светом, пробивавшимся сквозь резную крышу. Новая леди Тэнгу полулежала на раскладном стуле, сделанном из белого дуба.

В Тэнгурине о красоте Клариссы складывали баллады. Вполне заслуженно. Сейчас ее длинные золотистые волосы легкими волнами рассыпались по спинке стула, точно море, тронутое рябью от сильного ветра. В прозрачном сиреневом платье, с контрастной тканью в области груди и бедер, мачеха выглядела, как морская чаровница, выбравшаяся на сушу, чтобы свести с ума случайного рыбака.

Впрочем, судя по возмущенному излому тонких бровей, сейчас она намеревалась преподать урок мне. За её спиной неподвижно застыли две немолодые леди, исполнявшие роль компаньонок. Верная служанка мачехи готовилась подавать чай.

Солнце уже опаляло кожу. Я никогда не любила загорать и не понимала тех, кто может часами находиться на солнце.