Станцуй со мной танго

От воспоминаний о том, как Глеб прижал ее к стене, придавив сильным телом, а потом поцеловал, Глафира закашлялась.

Под страхом смерти она никому не призналась бы, до чего ее ошеломил тот полный желания поцелуй.

Ее первый самый настоящий поцелуй. Не считая детсадовского с Гришкой.

Но, увы, он предназначался другой. Глафиру в темноте подъезда, где бомжи опять выкрутили лампочку, просто перепутали с Кислициной из параллельного класса. В школе все знали, что красавица Сонька и капитан баскетбольной команды Мельников – пара, а тут она, Глаф-ф-фира…

Боже, как она ненавидела свое старомодное имя! Да, впрочем, и всю себя.

Из-за большого рта и толстых, вечно красных губ, с первого класса к ней приклеилась кличка «Рыба». До поцелуя с Мельниковым Глафира мало задумывалась о том, насколько она как девушка привлекательна. Но его внезапное «Черт! Рыба, это ты что ли? Черт! Черт!», заставило долго стоять у зеркала и придирчиво рассматривать свое отражение. Серые, почти бесцветные глаза, опушенные светлыми ресницами, курносый нос и эти мерзкие веснушки, что рассыпались не только по щекам, но и «украсили» собой плечи.

Единственная гордость – длинные густые волосы, которые Глафира собирала в высокий хвост.

«Но у Кислициной волосы не хуже, да и оттенок пшеничного намного ярче, – взгляд придирчиво скользил в поисках хоть чего-то, что могло бы заставить Глеба посмотреть на Глашу такими же глазами, какими он смотрел на Софию. – Что уж говорить? Рыба есть Рыба».

Дрожащие пальцы дотронулись до припухших от долгого поцелуя губ.

«Словно своровала».

Слезы, покатившиеся без спроса, сделали глаза бирюзовыми. На фоне красных век радужка всегда становилась невероятно яркой.

Ночью Глафира ворочалась, сбивая простыни в жгут.

«А вдруг Мельников всем расскажет? Или Кислицына, которая задержалась на улице с соседкой, отчего и произошла путаница, узнает о поцелуе? Может не идти в школу? Маме сказать, что заболела? Но на первом уроке контрольная по алгебре…»

В класс Глафира пришла раньше всех.

Достала тетрадь, ручку и, боясь поднять глаза, уткнулась в учебник, создавая стену между собой и всем остальным миром.

Вот тогда-то и раздалось первое «Глаша!»

От неожиданности обернулась и прочла по глебовским губам «прости».

Растерянно поморгала и опять спряталась за книгу.

Пальцы занемели от ледяной воды.

«Из-за него даже не проверила контрольную».