Миллионер для чаровницы

Полиция будет искать ваших родственников, вам сделают новые документы. А пока, вы поживете в пансионате, под наблюдением врачей.

Ещё чего не хватало! Под красивым словом «пансионат» наверняка скрывалась очередная клиника, и хорошо ещё, если обычная, а не приют. Впрочем, у меня всё равно нет денег, чтобы заплатить даже за самую скромную комнату.

Я сильнее сжала ладонь Эльдара, заставляя его наклониться ко мне. На несколько мгновений наши лица оказались совсем близко. Я почувствовала его дыхание на своей щеке.

Время словно остановилось. Мой затуманенный от слёз взгляд погрузился в глубину его чёрных глаз. Я смотрела на него, не отрываясь, мысленно повторяя про себя: «Возьми меня с собой, Эльдар! Возьми меня с собой!»

В эти слова я вложила всю силу воли, всё желание жить. Что-то подсказывало мне, что он – единственный человек, который может мне помочь. И что я не должна упускать этот шанс.

Словно со стороны я услышала удивлённый голос доктора:

– Господин Климов, с вами всё в порядке?

Мужчина вздрогнул, словно очнувшись от короткого сна.

Осторожно высвободил свою руку, и, глядя куда-то в сторону, глухо произнес:

– Да.

Я не стала протестовать, когда он отстранился. В глубине души я уже знала, что победила. Действительно, несколько секунд спустя, Климов произнес:

– Думаю, вашей пациентке нужно сменить обстановку. Больницы – не лучшее место для почти здоровых людей. Что скажете, Марианна? Не хотите пожить в моём доме, пока не найдутся ваши родственники или знакомые? Или пока память к вам не вернётся.

***

Я скромно опустила ресницы и пробормотала:

– Не знаю, будет ли это удобно. Я бы не хотела мешать вам.

– Вы и не помешаете, – резко ответил мужчина, снова становясь холодным, уверенным в себе человеком. – У меня большой дом, в котором полно свободных комнат. При желании мы можем даже не встречаться. Обо всех мелочах – вашем питании, одежде и прочем – позаботиться экономка.

Не дожидаясь моего ответа, он развернулся и направился к дверям.

Похоже, Климов не привык к отказам. При виде подобной самонадеянности, лёгкая благодарность и симпатия, которую я к нему испытывала, рассеялась, как дым.

Я прикусила губу, стараясь ничем не выдать своих чувств. Почему меня разозлило его пренебрежение? Свободная комната в большом доме, возможность жить на всём готовом, пока я буду вспоминать свое прошлое и думать, что делать дальше, – это то, что мне нужно. И докучливое внимание хозяина мне не грозит.