Сердце проклятого, или Как сложно жить колдуну

«Я должен понимать, к чему надо быть готовым в поисках», – размышлял Аш, пытаясь найти способ разговорить свою спасительницу.

К вечеру этого же дня Аш, наконец, почувствовал, что силы его практически восстановились, а он уже тихо впадал в бешеное отчаяние, потому что добиться от Сэм чего-либо более конкретного, чем она уже сказала, было абсолютно невозможно с какой бы стороны он не пытался выспросить.

– Это какой-то безысходный тупик, а не девушка! – отчаиваясь, бубнил Аш, уже значительно увереннее перемещаясь по комнате.

 – «Эта Сэм совершенно безнадежна как собеседник! Ну почему именно эта девушка, которая, судя по всему, не очень адекватна, стала подругой Ирмы? Как вообще такое чудо могло случиться?» – недоумевал он. – «Сэм с Ирмой как могли сойтись? Они же черное и белое, как небо и земля, в общем, полные противоположности!» – поражался он.

Ему было приятно осознавать, что он уже может самостоятельно двигаться и вставать, лежать ему уже смертельно надоело, но полное неведенье, куда они поедут просто выводило его из себя.

Поэтому он старался периодически вставать, но все равно большую часть времени лежал.

«Это такое важное мероприятие, а я как лох, не знаю абсолютно ничего», – чертыхался он.

Но вот, когда Аш почувствовал, что практически все силы к нему вернулись, он довольно потянулся и еще разок помянул дядю чисто профилактически.

– Наконец-то! – сказал Аш, садясь на кровати и ощущая себя человеком.

Сэм еще утром принесла ему одежду, пусть и ту, которую он никогда бы не надел даже в страшном сне, но Аш уже начинал обреченно смиряться с ее такой необычностью, проведя рядом почти двое суток.

«Ну, вот точно, как специально!» – думал с недоумением и раздражением Аш, надевая красную клетчатую, очень смахивающую на ковбойскую, рубашку и вареного цвета джинсы.– «Я как ковбой из сентиментального фильма!» – ужасался он, разглядывая себя.

– Только сапог и стетсона *(ковбойская шляпа) не хватает для полноты образа! – пробурчал он, посмотрев на себя в огромное старинное зеркало, которое нашел прислоненным к шкафу и накрытое большим покрывалом, а теперь пристроенное, чтобы видеть себя во весь рост.

При этом он с тихой радостью, что все же не придется носить сапоги, надевая добытые Сэм где-то кроссовки. – «Надо бы сходить домой за нормальной одеждой», – тоскливо подумал он.

– Когда ты будешь готов? – нетерпеливо произнесла Сэм, не стучась и буквально врываясь в его временную комнату. Ее явно нервировало промедление.