Собственность Макса 2. Будь со мной

Я прекрасно понимаю, что не факт, что даже сейчас я буду ходить, поэтому и не хочу обременять ее собой.

Макс резко выдохнул, впервые так открыто высказав вслух то, что думал по– настоящему. Причем рассказал свои мысли чужому, по сути человеку. Но в данный момент ему важнее было добиться расположения врача, чтобы тот помог ему встать, и при этом Кесси ничего не знала, чем свои амбиции. Цена для Макса сейчас не имела значение. Ему нужно было слово Джорджа, что тот ничего не скажет Кесси. Он уже рисковал, встретившись с ним сейчас, но понимал, что без доктора он точно не сможет встать.

В этом Макс был абсолютно уверен.

– Итак, что скажете, док? – напряженно ожидая ответа, спросил он, – чтобы не говорить Кесси и ни при каких обстоятельствах не проговориться, что я жив? И чтобы помочь мне ходить?

Он сам не заметил, что затаил дыхание. Макс плохо понимал, что будет делать, если Джордж откажется, но был готов даже на крайние меры.

Доктор Муро долго задумчиво молчал. Он любил Кесси, как родную дочь, но за последние месяцы лечения Макса со всей очевидностью все сильнее замечал, что девушка с какой– то пугающей его фанатичностью относится к выздоровлению этого парня.

Он подозревал, что между этими двумя все очень непросто, особенно это читалось во взглядах, которые оба периодически бросали друг на друга. Причем Джордж до сих пор не понимал настоящие чувства молодых людей, потому что то это была то жгучая ненависть, то обжигающая страсть. А слова Макса только подтверждали его предположения, но в то же время, он видел, что парень явно неравнодушен к Кесси и искренне заботится о ней. Во всяком случае сейчас это было именно так.

Джордж и сам пытался открыть Кесси глаза, чтобы она смирилась, что Макс никогда не будет ходить еще на прошлой неделе, но она все равно упрямо верила и твердила, что все еще изменится. А теперь получалось, что он был неправ, а она права.

– Макс, ты понимаешь, что передо мной стоит сложнейшая дилемма, – медленно произнес Джордж, переходя на более доверительно «ты», – ведь я люблю Кесси, но в то же время есть такая вещь, как врачебная тайна.

Я в любом случае не имею право разглашать сведения без согласия пациента. Здесь вопрос, скорее, возьмусь я или нет тебе помогать. А то, о чем ты просишь очень серьезно и попахивает криминалом.

– Поверьте, что все, что я делаю, все именно в ее интересах. Ей сейчас совершенно не нужно взваливать на себя лишние заботы. А я лишь хочу избавить ее от этого.