Кисло-сладкое

Почти сразу продолжила рассказывать о возникновении и развитии жизни на Земле. Правда, её голос немного дрожал. Соня присмотрелась и разглядела поверх серой юбки учительницы, прямо на ягодице, алый опечаток большой ладони. Кто-то умудрился пощупать Маруську и, судя по цвету, было в этом что-то наглое, пошлое, сделанное без согласия. Такой неоново-яркий, словно сигнал светофора, цвет носили следы насилия.

Класс сдержанно засмеялся, кое-где смешки прозвучали громче, по кабинету эхом пронеслась неприятная фраза.

Соня оглянулась, столкнулась взглядом с Костей. Надо же, его имя она запомнила. Крупный и какой-то нелепый детина с кустистыми не по возрасту бровями и несоразмерно огромными руками. Он нагло улыбался, откровенно демонстрируя авторство реплики. Костя частенько брал на себя роль исполнителя воли Олеси. Осуществлял все её грязные поручения. У него не хватало воображения придумывать гадости, но исполнял он их с большим удовольствием и старанием.

Смешки постепенно утихли, Маруська Игоревна вернулась к столу и, опустив учебник, обвела класс несмелым взглядом.

Нарочно прошлась по макушкам, чтобы не смотреть никому в глаза.

– Какие у вас будут вопросы?

С последней парты вновь взметнулась рука. Соня видела, как несколько минут назад Олеся передала Косте записку. Много же ему понадобилось времени, чтобы прочитать и запомнить.

Учительница нехотя кивнула.

– Да, Костя, что ты хотел спросить?

– У меня вопрос насчет эволюции, можно?

Соня удивлённо приподняла брови, ученики зашептались, даже Маруська Игоревна изумленно выдохнула.

– Задавай.

– Выживают те виды, которые больше других приспособились, так? Вот интересно, какие преимущества перед другими особями даёт большая задница?

Учительница застыла, от необходимости отвечать и хоть как-то реагировать её спас прозвучавший звонок, правда, его почти заглушил хохот учеников. Костя вскочил и поклонился, довольный произведенным эффектом, потом развернулся к Олесе.

Получив от неё одобрение в виде воздетого вверх большого пальца, расплылся в широкой улыбке.

Маруська Игоревна, пунцовая, как томат, убежала в подсобку и захлопнула двери. Соня задержалась, собирая высыпавшиеся из пенала ручки. Застёгивая рюкзак, увидела, что Марк тоже не ушёл, стоит в проходе, гипнотизируя двери, за которыми скрылась учительница. На его лице читалась жалость и замешательство.