Между двух миров

К утру, они добрались к городу Перпетуи, где, позавтракав в корчме, ждали, когда же проснется Элисон. Когда Элисон проснулась, то долго плакала о потере своих пышных волос. Патрик купил красивый платок, но этот подарок ее не очень обрадовал.

– Главное, что ты жива и здорова, а волосы еще вырастут, – успокаивала сестру Саманта, но за ее словами следовал горький поток слез.

– В следующий раз будешь больше нам доверять, а никаким-то там бабкам, – говорил Джон. – И кто тебя надоумил пойти в этот монастырь?

– Джон я думаю уже достаточно.

Элисон и так не сладко, – сказала Саманта. – Просто в следующий раз не принимай сама никаких решений, посоветуйся с нами, – Элисон только махала головой, от потока слез, она ничего не могла сказать. – А если тебя что-то тревожит, говори сразу. Мы идем из города в город, у всех свои традиции, какие-то обряды, о которых мы не знаем. Это может быть опасно.

– Как я теперь буду…лысая, – еще горюче заплакала Элисон. Саманта обнимала и успокаивала сестру, как могла, а Джона и Патрика беда Элисон уже веселила.

И они в этом уже ничего не видели страшного.

– Элисон милая, – уговаривал Джон, – ты по-прежнему красивая. Успокойся, пошли. Сегодня в этом городе праздник. Повеселимся, погуляем.

– Чтобы ко мне опять подошла какая-то старуха, наговорила всякой чепухи и заперла в монастырь, – со слезами говорила Элисон.

– Все ясно, Элисон еще долго не сможет отойти от всего этого, – сделал заключение Джон. – Патрик, Саманта идите в город развейтесь, а я посижу с Элисон.

Вам нужно наконец-то побыть вместе.

– Вместе? – перестав плакать, спросила Элисон. – А вы что?.. я чего-то не знаю?

– Джон, что ты имел в виду? – удивленно спросил Патрик.

– Хватит притворяться, все мы взрослые люди. Элисон, Патрик и Саманта симпатизируют друг другу, и наконец-то они вместе, как два любящих сердца, а не просто путешественники. Друзья давайте не будем ничего таить, – говорил Джон.

– Я очень рада за вас, – сказала Элисон.

 – Хорошо, что после долгого времени вы пришли к такому хорошему решению…А вот меня теперь никто не полюбит, – снова заплакала Элисон.

– Джон видишь, что ты наделал, – возмутилась Саманта.

– Саманта, я очень рада за вас. И не нужно из этого делать тайну только потому, чтобы не расстраивать меня. Идите, развейтесь и ты Джон иди, а посижу здесь.

– Одну тебя никто не оставит, я буду с тобой. А вы идите.

Саманта и Патрик шли по городу.