Академия «Радужные крылья». Сердце мира

Аури зарычал и излился в меня, вжимаясь плотно и сильно, потом долго нежил меня в своих руках, мы замерли и наслаждались лаской друг друга. Он сводит меня с ума… Это взаимно – сказали его глаза.

– Вот это, – вытащил он лимонное платье. Юбка была пышной, как цветок, лиф усыпан золотыми камешками.

– Нет, никаких корон, диадем и вообще никаких украшений! – отказалась я от того, что предлагал Аури, – Прости, но это уже перебор. Мы ведь в городе, который даже не столица. Зачем я должна всё это носить?

– Как хочешь, – муж уложил всё обратно в шкатулку-артефакт, – Пойду проверю наших увечных.

– Аури! – обернулся, ждёт, – Я люблю тебя, ты знаешь?

– Знаю, – снова его руки дарят блаженное чувство покоя, – Можешь сама их разбудить.

Я задумалась. Пожалуй, нет. А то потом снова одевать платье, делать причёску. Со смехом отказалась. Аури всё понял, пообещал быстро привести их в чувство и ушёл.

Крик, шипение. Из дверей нага и эльфа сыпануло искрами, вылетело пламя, потом волна воды. Побудка состоялась.

Через полчаса мужчины собрались у меня, выпили крепкого кафия, морщась от его горечи – мы не разрешили им подсластить лекарство.

– А кто вас в тюрьму определил? – поинтересовалась я. Оба поморщились.

– Донат. Этот грифон здесь выше по положению главы города. Он не останавливал нас, когда мы вызвали на поединок пару тёмных, даже следил за этим с интересом. Но едва всё закончилось, и парочка дроу позорно сбежала через портал, как он тут же подошёл и объявил, что мы задержаны за драку в общественном месте!

– Доходчиво так объяс-снил, – наг потрогал скулу, – Мы тихо и спокойно вошли в камеру, позволили себя запереть.

Там и просидели до рассвета. Кстати, охранники такие понимающие оказались! И вина нам принесли, и карты!

– Значит, вы весело провели время? – уточнила я.

– Нет, мы так скучали по тебе! Нас мучили угрызения совести! – оба в своих уверениях были единодушны. Я только рассмеялась от этой их слаженности. Это и к лучшему – Дэлаш всегда держался особняком, вот теперь и вовсе стал чужим.

Я рада, что они едины, что между нами нет ревности и недомолвок.

Ратуша была снова полна народу. Глава выразил сожаления по поводу моего поспешного ухода и озвучил пожелания здоровья мне и моим домочадцам. Я поблагодарила, и мы приступили к обеду. Донат сидел напротив меня. Иногда он пронзал меня взглядом, суть которого я не могла разгадать. Осуждение? Толика зависти? Интерес? Дамы расспрашивали меня о жизни в Академии, как я попала в это мир.