Целуй, Лола, целуй!

С полочек исчезли все его вещи: бритвенные принадлежности, шампунь, нет и огромного полотенца с принтом Эйфелевой башни.

Уборка заняла три часа. Ни одной вещи, даже мелкой! Всё собрал, даже носки под шкафом, хотя их я находила регулярно. Звонок в дверь был до того неожиданным, что я едва не подпрыгнула. Соседи?

– Да… – как неосмотрительно открывать дверь, не глянув предварительно в глазок! Шкафообразные личности затолкали меня в квартиру и тихо прикрыли дверь.

– Матова Лоллалия? – осведомились вежливо.

Я кивнула, внутренне подобралась. Это те, о ком предупреждал вероломный возлюбленный?

– Да, это я, – подтвердила вслух, потому что молчание затягивалось, гости стояли как две скалы, явно не понимая моей мимики.

– Вы знаете такого человека? – мне сунули большую, цветную фотографию. На ней мой Сеня стоял у какого-то отеля. Берег моря, синего и такого маняще-красивого, виднелся невдалеке. Сеня был смуглым, стройным, волосы ещё светлее, чем обычно. Выгорели на солнце? И что сказать? А, будь что будет!

– Знаю… Мы встречались, даже жили вместе… И он бросил меня-а-а! – не выдержала и разрыдалась на последнем слове.

Как ни странно, но качки переглянулись сочувственно, запрятали фото, усадили меня на стул, притащенный из кухни.

– Он говорил, куда отправится? Вспомните!

Я стала послушно «вспоминать», но после десяти минут бесполезных терзаний своей памяти, растерянно покачала головой.

– Нет, ничего и никогда. Да мы и знакомы всего два месяца! – я не стала добавлять, что мы редко разговаривали вообще, вместо этого Сеня предпочитал действовать.

Я не была против – столько любви и ласки мне раньше не доводилось видеть.

– Если вспомните – позвоните! – ало-золотая визитка с красивыми завитушками легла мне в руку. Соломон Санай – прочла я. Хотела спросить, кто это, но дверь хлопнула, и я осталась в квартире одна. Радовало, что меня не стали калечить в попытке узнать подробности нашей с Сеней жизни.

Лазурная занавеска на окне кухни мерно колыхалась от лёгкого, летнего ветерка, пели птицы, во дворе гуляли дети, их мамы обговаривали всё на свете: сериалы, мужей, правительство.

Я гладила Марки, который сам запрыгнул на мои колени, по голубой спинке, чесала за ушками. На столе лежал телефон. Надо звонить маме, рассказать, что её любимый супер – зять сбежал в неизвестные дали. А может ну его? Поеду к ней одна, скажу, что Сеня занят…

– Привет, мам! – мама молчала и слушала.