Выбор. Книга 3. Второй шанс

Они оба были разведчики, честные люди и честно поступали с ним. Вот чего он не понимал, так это поступки Никитина. И это непонимание его угнетало хуже любых застенков.

Думая о Никитине, он сам себе казался мерзким и отвратительным, а такое не нравится никому. У него было время все разложить по полочкам, и вот что у него получилось. Он совершил самый гнусный и отвратительный поступок даже по меркам бандитов и отморозков: он похитил ребенка, дочь Никитина, отрезал ей палец и послал отцу. Что он мог ожидать в ответ от следователя Никитина?

А тот защищал и воспитывал его брата и растил его сына.

Андрей когда-то выбросил Никитина из вертолета, а он в ответ сделал все, чтобы вытащить его из Израильской тюрьмы, пошел в такую организацию, как ГРУ и добился его освобождения.

Зачем ему нужно было делать все это? Андрей его не понимал.

И уже во сне Андрей все думал и думал об этом, и поэтому метался, стонал и, наконец, закричал:

– Нет! Нет!

– Опять, – приподнял голову Виктор.

– Он заболел? – Раиль тоже приподнялся.

– Нет. Он и в Пешаваре так же орал.

– Разбуди.

Виктор поднялся и, шагнув к Андрею, присел рядом с ним, ориентируясь в темноте на стоны и тяжелое дыхание.

– Андрей, – он протянул руку и нащупал плечо лежавшего. – Андрей.

Тот застонал и вдруг затих.

– Андрей.

– Отвали, – твердым голосом, словно и не спал, сказал тот.

– Тебе опять что-то приснилось?

– Не знаю.

– Андрей, – позвал Раиль. – Иди, ляг рядом, поговорим. А ты, Вить, полежи там.

– Как скажешь, – согласился Комбат. – Иди, Андрей. Раиль зовет тебя.

– Идите вы все.

– Да подойди ты, что трудно, что ли?

Андрей молча поднялся и обошел Виктора, нечаянно толкнув его коленом.

– Чего тебе? – Коренев присел рядом с раненым.

– Часто тебе снятся кошмары?

– Не знаю. Я не запоминаю сны.

– Ложись, поговорим.

– Ну, лег.

– Ты ведь мусульманин, правда?

– Да как бы.

– Только «как бы»? Я спросил, потому что тоже мусульманин. Ты, вообще, во что веришь?

Раиль еще в институте считался мастером промывки мозгов.

– Ни во что.

– Нет, ну так не бывает. У каждого из нас есть свой бог. Когда плохо, когда беда, каждый из нас говорит: ходай сакласын, только на своем языке. Ты же тоже говоришь так.

– Ну, наверное, не замечал.

Раиль протянул руку и осторожно положил ладонь на израненную ладонь Андрея.

– Чего ты от меня хочешь? – спросил тот ворчливо. – Давай уже спать.