Из реальности и обратно

Надо поспать хоть немного, а то завтра с нотариусом разговаривать.

Я долго не мог уснуть, ворочался на неудобной кровати. Мысли одолевали, пытался найти какой-то выход, но не находил.

Кажется, это был сон. Вроде бы рядом с моей кроватью разговаривали Генка и директриса психушки. Кровать стояла на берегу озера, под соснами. Звёздочки красиво мерцали в небе и отражались в тёмной озерной воде.

– Ну что, завтра очередных лохов прессовать будете? – спросила директриса противным голосом.

– Прессовать некого, Женя, – послышался голос Генки, – лох нынче неправильный пошёл.

Все в кредитах, в ипотеках по самое некуда. А на воле не оставишь, сразу в ментовку побегут. Самый прикол, что я с этими двумя в одной школе учился, в футбол вместе играли. Они меня узнали, как пить дать. Вообще не надо было с этим фермером связываться. Всё давно на руках— документы, билеты. Нет, жадность одолела. Ладно, пусть посидят. А когда отчалю, Витёк с Игорьком короткое замыкание устроят. Двумя покойничками больше, двумя меньше – без разницы.

Я проснулся и долго не мог сообразить, где явь, а где сон. Мистика какая-то! Нет, не мистика. Это мое подсознание, трансформировав недавние события и мысли, выдало такой результат. А ведь, возможно, так оно и будет.

Как бы в ответ на мои размышления, хлопнула входная дверь, в соседней комнате послышались шаги. Вошёл один из качков, на этот раз без балаклавы. Белесые ресницы часто моргали.

– Я к вам с новостями, братья Сыроежкины! – весело сказал он, – Нотариусу сегодня некогда.

Придётся посидеть пару деньков. Жрачка есть, туалет в кладовке оборудован. Ведите себя прилично. Завтра подъеду проверю.

Он громко заржал и вышел, хлопнув дверью. Было слышно, как повернулся ключ в двери. Затем одна за другой стали закрываться наружные ставни. В доме стало темно. Я нашарил выключатель и включил свет. Сразу же вспомнился сон и слова Генки о коротком замыкании. Андрею про сон решил не говорить.

Мой рюкзак со всеми документами и фотоальбомом лежал на столе в большой комнате.

Это был плохой знак. Значит, мы бандитам больше не нужны, и остаётся ждать, когда они придут от нас избавляться. Надо попытаться до их прихода выбраться из этого дома.

Мы обшарили все комнаты и углы в надежде найти инструменты, чтобы взломать дверь. Без толку. Бандиты даже столовых ножей и вилок не оставили. Мы дубасили в дверь ногами, наваливались плечами, пытались высадить дверь с разбега. Но в крохотный прихожей было не разбежаться, а дверь была прочной.