Подмышка дракона

Страх постепенно стал проходить, и Милли послышалось чье-то дыхание. И это дыхание принадлежало кому-то не злому.

– Добрый вечер! Я Милли, драконица. Вы не знаете, что здесь произошло? И где Астинария?

– Я Астинария, деточка, – раздался тихий голос.

– Приятно познакомиться! Моя мама Лисси как-то к вам обращалась. Что случилось? Почему вы в подвале?

– Ко мне сегодня вломились прислужницы богини Вестакль. От нее сбежала девушка, кандидатка в жрицы. Мой дом теперь ловушка для всех входящих. А утром, скорее всего, явится сама Вестакль, отсматривать улов.

Я девушке не завидую. Богиня будет преследовать ее, пока не поймает и не отомстит. А ты что-то поздновато явилась. Надо было днем, когда вся нечисть спит.

– Как это у богини вдруг в прислужницах нечисть?

– Разные слухи про Вестакль ходят. Что верховный бог Своф за какой-то проступок вроде бы разжаловал ее из богинь. Но люди об этом не знают. Просят помочь в житейских вопросах, жертвы приносят. Да и как жить без божества?

– Ой, простите, это для вас, – Милли поспешно сняла браслет и протянула руку в направлении голоса.

Асти забрала браслет и поднесла к лицу. Он засветился мягким светом. Милли увидела спокойное лицо умудренной годами прорицательницы, обрамленное седыми волосами.

– Спасибо, Милли, – сказала Астинарии с теплотой в голосе.– Браслет поможет мне в предсказаниях. Нам бы до рассвета выбраться отсюда. Вестакль страшна в гневе, ей лучше не попадаться под горячую руку.

– Чтобы отсюда выбраться, мне надо просто вернуться в свой облик.

Но тогда я разнесу весь дом, – размышляла вслух Милли.

– Не жалко! – воскликнула гадалка. – Вестакль всё равно мне здесь житья не даст. Зато монстры подумают, что землетрясение, и мы, не теряя времени, улетим. Ну, давай!

Милли произнесла заклинание, и почувствовала, что возвращается в тело драконицы. Асти спряталась у нее подмышкой, чтобы не пострадать от обрушения дома.

Стряхнув с себя балки и камни, оставшиеся от дома, и пересадив гадалку на загривок, Милли взяла курс на долину Искар.

За ее крыльями разгоралась утренняя заря.

Магическая книга

Герман улетел в МЛ только ночью. Он допоздна сидел в замке и разбирался с Магической книгой. Чтобы никто не беспокоил, поставил знак, указывавший, что никого нет дома. Да, Милли обиделась, но что он мог ей обещать, если в себе разобраться не мог? Алла – это любовь или просто непреодолимое влечение? Попробуй проанализируй.