Она просто сказала «Да»

Товар «Любимая девушка» под люксовым брендом «Елена» далеко не всем по карману! Ха-ха!

– Вас это действительно веселит?

– Юля, если я не буду смеяться, я просто подохну! Слушай, а нельзя эту сумку, ну свою особенную такую судьбу, поменять на какую-нибудь попроще, порадостнее, может быть?

– Сумку можно было б вернуть, но жизнь вспять не воротишь. Зато всегда можно отказаться от старого сценария и начать жизнь с чистого листа…

– Здесь ты права, аспиранточка. Права, – горячо перебила ее. – Вот моя мама смогла.

Она ведь восприняла мои слова как указания к действию. Наверное, мне надо было стать психологом, как ты.

– А что сделала мама?

– Ну-у… сначала она походила еще какое-то время по дому в чем-то драном. Что-то там себе думала. Залезла под душ. Сбегала в салон, подстриглась, перекрасилась, надела узкие джинсы и сапоги на шпильке, влезла в мою короткую кожаную куртку и стала крутиться перед зеркалом:

«А ты права! А я-то еще ничего! Маленькая собачка до старости щенок! Да я еще совсем молода! Прав бы Аристотель, жизнь в сорок только начинается!» – «Ты уверена, что он дожил до сорока? В античности рано умирали».

Ну, мы смеялись и защищались глупыми шутками от злой реальности. Я улыбалась, глядя на мамины потуги, а внутри нарастал ком сосущей жалости: женщина, которая вдруг понимает, что еще может успеть вскочить в последний вагон любви и страшно суетится – грустное зрелище. Она звонила подругам и всем говорила одно и то же. Она изображала подбадривающий аутотренинг в зеркале ванной комнаты «Я – самая обаятельная и привлекательная, я самая офигительная и сногсшибательная…» Она закрутила роман с женатым начальником цеха, а потом с женатым председателем профкома.

Ее понесло. Но это было лучше, чем страдания от жалости к себе. Я сидела дома и готовилась к экзаменам, а мама боялась идти домой, потому что слишком много выпила с подругами.

На этом безумии, знаешь ли, она выплыла. В один прекрасный день она вспомнила про свои мечты стать художницей. Начала ходить по выставкам, купила холсты, записалась на художественные курсы к какому-то лохматому чуваку.

Я же рассталась с моим парнем, с Лешей. Так вышло. Не знаю, на что он рассчитывал на выпускном, когда увел меня после медленного танца в спортзал, попытался завалить на сложенные стопкой спортивные маты. Грубый, неумелый юнец. Распыхтелся, рассопелся, полез своей раскоряченной пятерней под нарядное платье. По жемчужным бусинкам, по блесткам, по изысканному гипюру и кружевам, как варвар.