Она просто сказала «Да»

 – О-па! Съел? Я хочу учиться на философском факультете, чтобы понять смысл жизни. А то пока что мне все вокруг отчаянно пытаются доказать, что смысл жизни в деньгах и только в них. И я сама даже в это поверила. Но хотелось бы знать, что по этому поводу думал Сократ.

– Ой, не могу, Ленусик! – Тимур хлопнул меня по коленке. – Клевая ты, непредсказуемая! Понимаю Рому! Сам бы с тобой зажег! Кстати, знаешь, какие у Сократа самые знаменитые слова: «Я знаю, что ничего не знаю!» Говорят, он сказал их перед смертью, когда уже был знаменитым человеком.

– А я даже того не знаю, что ничего не знаю. Хотя бы ради этого стоит поучиться.

Он опять наклонился ко мне и прошептал комедийным шепотом:

– Признаюсь, это не самое легкое желание! Но где золотой карась не пропадал! Выполню! А теперь – звони Роме, – закончил он твердым тоном.

И словно что-то металлическое глубоко царапнуло по самому нутру! Так приятно предвкушать и получать бонусы, но до чего ж отстойно выполнять свои обязательства. Стоп! А ведь я еще пока никаких бонусов не получила! Сплошные обещания! И эти обещания даже никаким контрактом не скрепить.

– Тимур, ты меня извини, конечно, но я уверена, что и ты не пошлешь партию эксклюзивного товара покупателю, который еще не заплатил, а поручился лишь на словах.

– О-о! Да передо мной не просто милая кошечка, а искушенный зубр бизнеса. У тебя, детка, светлое будущее. Вот ведь новое поколение растет, нам старикам уже сейчас вас бояться надо. Мне б такую хватку в твои годы!

Роман с Романом

Почему я согласилась? А что, Юль, ты бы отказалась? Наверное, тебе просто не предлагали ничего подобного.

Ты серьезно? Я произвожу впечатление безвольной тряпки, которую просто болтало от мужика к мужику? Да ну, нет! Мне кажется иначе. Уж чего-чего, а воля у меня железная. Ты права в другом. В какой-то момент я действительно перестала испытывать чувства. Больше ни живое человеческое счастье, ни пронзительная боль не ощущались. Больше я вообще не задумывалась о том, что такое любовь и как ее обрести. Я победила судьбу. Да, я хотела изначально нарисовать совсем другую картину своей жизни, другими красками, другими цветами. А получалось лишь расчерчивать пространство бытия серыми линиями, осторожно ступать по натянутой проволоке над миром других людей и всегда быть начеку… Но получалось же, получалось даже лучше, чем я могла себе представить. Уже эта иллюзия власти над серыми линиями опьяняла.

Дальше все было просто.