Как песок сквозь пальцы

 – Если бы…

– А чего тогда?

– Про времена в колледже думал. Я же тогда не сразу сообразил, во что ввязался, и не думал, что я какой-то особенный. Да и как думать! – неожиданно воскликнул он, выбегая вперёд друзей. – Я был тощим, лохматым и носил исключительно потертые джинсы с серой футболкой.

– Когда я учился в выпускном классе, у меня вообще волос не было! – расхохотался Саша. – Вот же дундук был…

– Ну а ты, Моль? – обратилась к Олли Джоя, ожидая тоже чего-то забавного.

– А я на домашнем обучении был последний год перед колледжем.

На какой-то вечеринке в начале года случайно съел что-то цитрусовое, заработал анафилактический шок, чуть не умер, и провалялся несколько месяцев в больнице. Потом мать никуда не выпускала вообще и следила за каждым приёмом пищи. Реально, как в домашней тюрьме. Думал, что с ума сойду, – мрачно изрёк Олли.

– Жёстко.

– Ага, аллергия, она такая… Тварька.

– Джоя, а что у тебя интересного есть из воспоминаний, о чем мы не знаем? – подобрался к ней Саша и положил руку на плечо.

– Да ничего, – ловко дёрнувшись в сторону, она освободилась от сашиной руки и добавила, – школу я не закончила. Сбежала из дома за два года до выпуска. Потом, правда, пришлось экстерном всё сдавать…

– И где же ты путешествовала? – удивился Лиам, Джоя вообще не отличалась спокойствием или апатичностью, – значит, она такая с детства.

– Да везде! Всю страну автостопом объездила, подрабатывала как могла. Родителям пофиг было, у меня ж ещё шестеро братьев и сестёр.

– Весело…

– Ага! – улыбнулась она.

 – Ни о чём не жалею, и родителей люблю. Нормально воспитали – не пропала.

– Человек-позитив! – воскликнул Олли.

– Не тебе чета, ага, – огрызнулась Джоя.

– Ладно, потом поругаетесь, – открыл перед ними дверь Саша. За болтовней никто и не заметил, что стемнело и они добрались до дома.

Глава 1-4

Свою комнату на втором этаже, окнами повернутую к улице, Лиам делил с Джоей. Она напрочь отказалась жить вместе с Сашей или Отто, поэтому Моль занимал соседнюю спальню в одиночестве, а товарищ Экель, как шутя звали его друзья, спал в блаженном спокойствии на диване посреди гостиной.

Комната эта была самой просторной во всём доме, и украшали её эркерные окна, характерные для старой колониальной застройки. А на противоположной стене, словно колкая шутка, висели гигантского размера старинные часы, которые, кстати говоря, отставали на пять минут и тридцать четыре секунды. Лиам определил это сразу, как только попал в дом.