Белоснежный роман

– Ну давайте, – с большим сомнением согласилась Настя и выдвинула свое условие: – Только тогда и вы мне расскажете о своей работе.

– А вам что, это интересно? – усмехнувшись, переадресовал он ей ее же вопрос.

– Очень, – заулыбалась Настена в ответ.

Вольский призывно махнул рукой официанту, торопясь расплатиться, и Настя тут же вспомнила о том, что намеревалась обязательно осадить повадившегося платить за нее Максима Романовича.

– Максим Романович, мне не нравится, что вы уже дважды расплатились за меня.

– Насть, – отмел он все ее возражения четким мужским безапелляционным тоном, – это нормально, что мужчина платит, когда приглашает девушку в ресторан, в кино, в театр, да везде, где бывает с ней. Это нормально, – повторил он с нажимом и расстановкой. – И естественно. Неестественно и ненормально иное поведение. Для меня так.

– Почему вы решили, что столица моя? – удивилась она.

– Потому что вы из Москвы, – уверено хмыкнул Вольский.

– Вообще-то я прилетела из Новосибирска, работаю и живу там, – напомнила Настя.

– Не больше пяти лет, – уточнил Максим Романович и пояснил: – Это видно. Как видно и то, что вы москвичка. Север, он меняет людей, но не сразу. Лет за пять привычки к Северу еще не выработается, только кое-какие необходимые навыки безопасности и жизни, а вот уже через десять лет другое дело.

– Это да, – вздохнув, призналась Настена. – Я действительно из Москвы в Новосибирск приехала четыре года назад, вернее не совсем из Москвы.

– Вот вы мне сейчас про все это и расскажете, – бодрым тоном распорядился господин Вольский и принялся рассчитываться с подошедшим официантом.

Настя по привычке сунулась в сумочку за кошельком, но нарвалась на предупреждающий взгляд Вольского и лишь бессильно махнула рукой – ну настаивает, и ладно. Пусть сам платит.

Между прочим, приятно. Вот честное слово. За вас давно платили мужчины? Вот то-то же.

Такое давно забытое чувство, когда мужчина берет хотя бы такую ответственность на себя, от которого она, не упомнишь когда, отвыкла.