Сердце просит счастья

А у этой личико сердечком в обрамлении русых, кучерявых локонов стильной стрижки до плеч с такими прядками разной длины. Острый подбородочек, по-детски припухлые губки, маленький носик и большие, выразительные, темно-синие глаза, внешними уголками опущенные вниз, как у трагических актрис немого кино прошлого столетия.

Вообще зашибись! Детский сад какой-то. Впрочем… Ого!

Барташов чуть не покраснел, столкнувшись с ее прямым ироничным взглядом, никак не монтирующимся со всем этим ее беззащитно-детским, трогательным обликом, и только тогда осознал, что уже достаточно долго и беззастенчиво ее рассматривает, а девушка сразу же поняла все его мысли и это его почти неприкрытое разочарование ее внешностью.

Вот все поняла и едва заметно улыбалась.

А ведь ее глаза похожи на Петькины, вдруг удивился Андрей!

Ну, точно. Надо же!

И эта схожесть ее глаз с глазами его сына примирила его и с ней, и с глупейшей ситуацией, в которую он сам себя невольно загнал, и со всеми его несбывшимися ожиданиями.

– Проходите, Андрей Алексеевич, – пригласила девушка, давая ему дорогу, и предупредила: – Петенька уже спит. Но, думаю, вы об этом догадались.

– Вы как-то совсем иначе звучали по телефону, – будто даже упрекнул он ее, проходя в прихожую.

– Это моя работа, – улыбнулась девушка, закрывая за ним дверь.

– Вы психолог МЧС или успокаиваете буйных больных в неврологической клинике? – не очень удачно, от досады на самого себя, пошутил Барташов.

– Нет, – продолжала улыбаться девушка.

– А как Петя? – посмотрел он на нее.

– Конечно, сильно испугался, когда с бабушкой случилась беда и ее увезли, а он остался один. Но вроде мне удалось его отвлечь и успокоить, по крайней мере после того, как поспал днем, он не выглядел испуганным и вел себя, как обычные дети.

Она возилась на кухне, когда услышала, как Петенька, проснувшись, позвал бабушку, и побежала в спальню, чтобы малыш не успел испугаться, спросонок не сообразив, где находится.

– Привет! – радостно улыбалась она ему.

Он сидел на кровати такой замечательно розовый ото сна, в самой маленькой футболке, что она смогла отыскать в своем гардеробе, разумеется, оказавшейся для него большой и длинной, она даже спустилась с плечика аж до локтя.

– А где бабушка? – озабоченно спросил ребенок.