Чернокнижник. Корона мертвого короля

Мартын громко сглотнул. Лица новых знакомых казались серьезными, ни намека на шутку в их глазах не было, и ситуация начала казаться зловещей.

– Вы… вы что, вы же… вы ж это не серьезно, парни, а?

Аркано безжалостно кивнул.

– Абсолютно серьезно, «парень». Если бы не эта причина – предстоящее нам сражение со стайкой ноофетов, – мы бы помогли хозяину тебя выставить. Но когда речь идет о серьезном враге, пират, тем более такой отчаянный, как ты, способный приставить кинжал к горлу незнакомца, может оказаться очень полезен.

– Но я не умею сражаться с ноофетами! – голос Мартына сорвался на писк, и как-то неожиданно сел. Темные волосы на его голове едва ли не зашевелились от ужаса.

– Ноофеты!.. – испуганно повторил он, – Стая?.. Но они же… Они же разве что ли не одиночки?

– Обычно да, – с убийственным хладнокровием отозвался чернокнижник, – Но здесь обитает исключение из правил – стая из десятков этих тварей. Да, к слову, полагаю, лучше нам погасить свечу, – он кивнул на горящую на столе одинокую свечку, – Свет привлекает их.

Вновь воцарилось молчание. Медведь сверлил свечу таким взглядом, словно подозревал ее в убийстве родного отца и жаждал отмщения; Мартын вертел головой и, похоже, прикидывал, куда бы спрятаться.

– Фредо… – мужчина, забыв о необходимости хранить конспирацию, медленно перевел взгляд на удивленного брата, – А откуда она?

***

Свеча горела. Тихонько потрескивал фитиль, плакал растопленный пламенем воск, заливая простой подсвечник, а по столу плясали неверные тени.

Свеча была самой настоящей, и свет давала не поддельный, но откуда она взялась – было решительно непонятно.

– Когда мы выходили, ее не было… – медленно, неуверенно промолвил Фредо, переводя взгляд с недоумевающего пирата на напряженного молочного брата.

Последний тяжело сглотнул и неспешно повел подбородком из стороны в сторону.

– Не было… – эхом повторил он, продолжая сверлить взглядом пляшущий огонек. Он точно помнил, что свечи в комнате не было вообще – ни зажженной, ни потушенной.

– Ее надо потушить, – князь говорил тихо и очень серьезно, сам уже направляясь к предмету сомнений, – Свет привлекает ноофетов, боюсь, зажжена она была не без умысла.

Мартын неожиданно вскочил, выхватывая кинжал из-за голенища сапога.