Чернокнижник. Корона мертвого короля

Вытащить рукав из пальцев лекаря он не пытался – не желал портить произведенное хорошее впечатление, которое надеялся в будущем упрочить. В конце концов… у зачарованных инструментов функций много, а флейту свою он уже давно хорошо изучил, и как управлять ее магией, знает прекрасно. Быть может, и сумеет помочь несчастным возвратить их души, быть может, сможет спасти хотя бы троих из пострадавших от рук местного мерзавца…

Ашет Аччайо не был злым. Не был он и равнодушным, к чужому горю всегда относился с небывалой чуткостью и, если мог помочь, обязательно помогал.

Собственно, и служить в легионе он начал только потому, что надеялся уничтожить как можно больше мерзких колдунов, мешающих спокойно существовать простым людям.

Годы службы несколько ожесточили его сердце, сделали его более безжалостным, научили бороться даже против, казалось бы, невинных стражей, бороться и одолевать их, не моргнув и глазом, но убить их он бы не смог. Просто не хотел отбирать жизни у тех, кто отдавал их за чужую волю, за чужую честь, не желал становиться на одну планку с теми, кого так ненавидел.

Слухи о его жестокости были сильно преувеличены – дурная слава бежала впереди охотника, разгоняя на его пути любопытных, но он не возражал против этого. Тем, кому нужно было помочь, он помогал без излишних слов, без церемоний, полностью игнорируя людской ужас.

Если сейчас он мог помочь пострадавшим от произвола чернокнижника – Аш хотел сделать это, и надеялся на успех предприятия.

Лекарь затормозил так резко, что полы его грязно-белой мантии метнулись вперед, опутывая ноги, и неловко затоптался, пытаясь высвободиться из ткани.

– Вот здесь… – говорил он уже тише, будто опасаясь нарушить покой своих подопечных, – Здесь, господин мой, за этой дверью… Они содержатся все втроем, не хотят разлучаться – стоит забрать одного, другие начинают плакать и умолять его вернуть. Мы думаем, что это тоже следствие проклятия чернокнижника…

– Быть может.

Ашет склонил голову набок, изучая тяжелую деревянную дверь с кованным замком на ней.

Плакать или нет, а сбежать несчастным стражам позволить не хотят, держат их крепко. Слезы могут быть и следствием потери свободы.

– Пустите меня к ним.

Лекарь протянул, было, руку к ключу, болтающемуся на веревочке у двери – опрометчивое решение, глупое, но сейчас не до осуждения чужих поступков, – и внезапно испуганно замер, устремляя взгляд на скрытое в тени шляпы лицо «столичного целителя».