Чернокнижник. Три принципа тьмы

Не знаю, есть ли смысл искать его…

– Так! – Фредо, несколько секунд мрачно внимавший обоим своим братьям – родному и названному, а сам в это время о чем-то размышлявший, сдвинул светлые брови, упираясь обеими руками в стол и слегка нависая над столешницей. Лицо его приняло то особое, серьезное выражение, что, как было известно Медведю, всегда предшествовало крупным решениям, а впоследствии, возможно – великим свершениям.

– Мы мечемся, как слепые котята, бросаемся из стороны в сторону, – продолжил князь, и голос его зазвучал удивительно резко, – Надо остановиться.

Надо хорошенько все обдумать и принять решение… Но не сегодня. Сегодня уже поздно, за окном темно, а Ашет прибыл всего несколько часов назад. Ты же, Аркано, как я понимаю, и вовсе с коня сразу помчался ко мне с докладом. Не сейчас, братья мои, не сейчас… Нам нужно отдохнуть. Завтра, со свежими мыслями, мы вновь соберемся и обсудим наши дальнейшие действия. Кроме того, я думаю…

Закончить ему не дало послышавшееся из-за двери требовательное кошачье мяуканье.

Словно отвечая на него, за окном вновь завыл казер, напоминая миру о своем существовании.

Фредо мимолетно закатил вновь позеленевшие, уже без примеси серебра, глаза и втянув воздух сквозь сжатые зубы, нарочито неспешно поднялся, направляясь открывать. Аркано, который к двери находился значительно ближе, внимательно наблюдал за молочным братом, сам не предпринимая попыток отворить. С его точки зрения, право решать, кого можно впускать в кабинет, должно было принадлежать исключительно князю Финоры.

Пресловутый князь, вполне готовый свалить это право на чьи-нибудь плечи, неодобрительно покосился на главнокомандующего, проходя мимо, но говорить ничего не стал. Открыв дверь, он отступил в сторону.

– Входи.

В кабинет величественной, гордой походкой не вошла, а буквально вплыла угольно-черная кошка с единственным белым пятнышком на груди. Не обращая внимания на явственно изумленных ее появлением мужчин, она прошествовала к большому столу и, легко вскочив на него, самодовольно потянулась, затем усаживаясь.

Ашет закрыл приоткрытый рот и несколько раз ошалело моргнул. Кошку увидеть он не ожидал.

– Марыся?.. Но как же… а где же тогда?..

– Здесь! – звонкий девичий голос, знакомый всем и каждому из присутствующих, заставил охотника неуверенно подняться на ноги, а Медведя – рывком повернуться ко входу.