Чернокнижник. Три принципа тьмы

Донат вообще вредный тип – мне он за два месяца не дал даже кусочка нормальной пищи, только кровью накачивает… Ну, да, я понимаю, что ты к нему привязан. Но я-то не ты, Креон! Тебя он приручил, а вот меня… – он тяжело вздохнул и мотнул головой.

Клацпер, отвечающий в основном тихим писком и чавканьем, продолжал смотреть на него умными красными глазками-бусинками.

Парень запрокинул голову, прижимаясь затылком к столбу позади.

– До чего я докатился – беседую с клацпером… – пробормотал он себе под нос, прикрывая глаза, – Вот что делает с людьми одиночество.

Фракасо! Что же они никак не спасут меня?..

В последнем вопросе прозвучала нескрываемая горечь. Им пленник задавался каждый день и не по одному разу, о нем он думал постоянно, пытаясь найти ответ, пытаясь понять, почему, почему друзья до сих пор не пришли за ним… Донат, легко угадывая его мысли, умело направлял их в нужную сторону, подстегивая недоверие, говоря, намекая, что, возможно, не такие уж они и друзья, раз не приходят на помощь.

Сам парень в иные дни поддавался на провокацию, верил колдуну, а в иные находил куда как более правдоподобные объяснения.

В конце концов, они на Кадене, а до Кадены из королевства добраться не так просто. Он даже не знает, есть ли мореходы, которым известен путь к священному острову… Да и потом, он же помнит, что устроил проклятый колдун перед его похищением, помнит, как летели в воздух комья земли! Где гарантии, что друзья его вообще живы? Быть может, он ждет напрасно, быть может, ни Фредо, ни Аркано уже нет в живых? А другие… Да даже если эта девчонка, Карина, или Стальной Аш выжили, с чего бы им помогать ему? Они практически не знакомы, а шаманку он и вовсе обозвал… Да, наверное, так и есть.

Если Аркано и Фредо погибли, искать его просто некому.

Правда, есть еще Богдан… Парень глубоко вздохнул. Нет, это еще более глупая надежда. Откуда бы капитану знать, в какую он попал передрягу? Капитан сейчас в море, ему не до бывшего матроса с клеймом на плече…

Черт.

Как жрать-то хочется.

Зазвенели, разносясь под высокими сводами зала, знакомые шаги – словно ответ на последние его мысли, будто приближающийся человек прочитал их.

Из полумрака в дальнем конце зала (пленник уже знал, что там скрывается дверь к прочим помещениям) вынырнула знакомая высокая фигура, облаченная в черное.